— Ты с ума сошла⁈ — рычит Кайрос, и в его тоне больше ужаса, чем злости. — Бросаться под когти этой твари⁈
— А ты, может, хотел, чтобы тебя сожрали? — огрызаюсь я, но губы предательски дрожат, а мир вокруг идёт волнами. Я стараюсь держаться, но в голосе всё равно слышна слабость. — Я… я не могла просто смотреть. Позволить, чтобы ты погиб.
Он сжимает челюсть, дыхание его тяжёлое, будто сам только что выбрался из пасти смерти. Но глаза… они другие. Там не только гнев. Там ярость, страх — и ещё что-то, от чего у меня перехватывает дыхание.
Что-то, чего я боюсь назвать, чтобы не разрушить это мгновение.
— Никогда больше, слышишь? Никогда не делай так.
Я киваю, хотя сама знаю — это ложь. Конечно, я сделаю это снова, если придётся. Пусть он хоть тысячу раз запретит. Сидеть и смотреть, как его рвут на части? Нет.
Гулко раздаётся эхо скулежа удаляющегося монстра, и по туннелю стелется мерзкий запах его крови. Тёмные пятна на камнях словно зовут за собой.
Кайрос поднимается, подхватывает с пола свой клинок и протягивает мне руку.
Я колеблюсь, а потом всё же принимаю её — его ладонь тёплая, сильная, и от этого мне становится чуть спокойнее.
— Вставай, — коротко бросает он. — Это был Хеникс. Понятия не имею, что он забыл в сапфировых шахтах, но это не его ареал обитания. Видимо, его сюда загнал хищник покрупнее. А потом он учуял нас… и решил поживиться.
Ну да, логично. Наши жизни только что висели на волоске, а Кайросу приспичило загрузить меня какой-то справочной информацией.
Я закатываю глаза:
— И к чему эта лекция по монстроведению?
— Он ранен, — терпеливо объясняет Кайрос, будто я упрямая ученица.
— Поэтому попытается вернуться в место своего гнездования.
Я моргаю, не сразу понимая, к чему он клонит.
Кайрос тяжело вздыхает, словно я невероятно медленно соображаю:
— Мы найдём выход наружу по его следам.
— Так бы сразу и сказал! — бодро восклицаю я и даже изображаю лучезарную улыбку, делая шаг вперёд. — Чего стоишь? Пошли скорее!"
"Не то чтобы я внезапно стала бесстрашной. Скорее наоборот: каждая клетка моего тела вопит от боли.
Бок жжет так, будто в рану плеснули расплавленного металла, и слабость накатывает волнами. Я прекрасно понимаю, что у меня не так уж много времени, прежде чем ноги просто откажутся идти.
Поэтому выбраться из шахт лучше раньше, чем это произойдёт. Очень не хочется, чтобы Кайросу пришлось тащить на руках «навязанную» жену. Он и так меня недолюбливает. Вдруг ещё бросит где-нибудь посреди каменных коридоров — в назидание.
