Свекровь надела более темное платье простого покроя и красивую шаль, которая сверкала и переливалась в свете огней. Беатрис же нежно-зеленое платье с легким мятным оттенком, украшенное кружевом и красивой вышивкой.
Вот так мы всей нашей дружной почти семьей отправились в зал, где уже начался праздник по случаю рождения наследника.
Прежде чем войти, нам пришлось отстоять небольшую очередь. Да, князья и княгини тоже вынуждены стоять в очереди из таких же важных особ. Каждой правящей семье следовало подойти и лично поздравить молодых родителей и подарить подарок.
— А что мы подарим? — шепнула я, внезапно поняв, что упустила этот момент.
— А что обычно дарят младенцам и их родителям? — слегка наклонившись, поинтересовался Рейган.
— Как будто я знаю. Я в первый раз в таком участвую.
Как выяснилось, ничего особенного мы не дарили. Серебряную погремушку, рулоны кружева ручной работы и дорогих тканей, ларец с камнями и прочую мишуру. Дорого, красиво, но немного не то. Поэтому пока мы шли, я пыталась придумать какой-то оригинальный подарок.
Только вот как его сделать, когда у меня и нет ничего? Хотя… это было не совсем так.
— Мне нужна Бекки, — шепнула я Рейгану, когда мы сделали еще пару шагов вперед.
— Сейчас?
— Да. В моем чемодане в боковом кармашке есть кожаный мешочек. Пусть она принесет его сюда. Только внутрь не смотрит.
Надо отдать ему должное, Рейган не стал задавать лишних вопросов. Бросил на меня короткий взгляд и кивнул. Потом подозвал одного из слуг. Не знаю, что он сказал, но уже через несколько минут нужный мешочек оказался у меня.
Честно говоря, я не думала, что он так быстро справится, и уже собиралась тянуть время. Но это не понадобилось.
Княгиня Адони выглядела невероятно красивой и счастливой. И при этом совсем не была усталой и измученной. Ее темно-карие глаза с золотым ободком светились невероятным светом, а на губах играла мягкая и какая-то таинственная улыбка. Словно она стала свидетелем чуда, о котором никому и ничего не расскажет. И это чудо сейчас лежало в золоченой люльке между ней и ее мужем.
Честно говоря, я никогда не испытывала особо трепета, волнения и умиления по отношению к младенцам. Смешные, сморщенные, красные, вечно орущие и недовольные. Если честно, я считала их даже немного страшными. Скорее боялась их, чем восторгалась.
В этот раз я так же не испытала особого счастья, но и ужаса тоже."
"Рейган произнес положенные слова, поздравил. Потом выступила Никандра и, наконец, Беатрис.
