Двери почти сразу распахнулись, и нам навстречу поспешила госпожа директриса. Выглядела она даже еще более очаровательно, чем в нашу последнюю встречу. Наброшенное на плечи пальто не скрывало изящного платья сливового цвета, которое выгодно подчеркивало ее фигуру, а черные волосы на макушке были собраны в пучок и украшены красивым гребнем.
— Князь, княгиня, мы так рады вас видеть, — пропела она, изобразив поклон, и кокетливо стрельнула глазками в сторону моего мужа.
— Не сомневаюсь, — проворчала я себе под нос, чувствуя, как накатывает новая волна раздражения.
— И мы рады вам, госпожа Дамира, — любезно ответил Рейган. — Как поживают ваши воспитанники?
— Вашими молитвами, прекрасно, — широко улыбнулась госпожа директриса, не сводя с него карих глаз в обрамлении фиолетового ободка.
— Я бы хотела поговорить с Аннабель, — сообщила я, не в силах наблюдать их обмен любезностями.
— Разумеется. Я хочу поблагодарить вас за терпение, которое вы проявили к девочке. И за ту помощь, которую вы оказали ей и ее родителям, — нежно проговорила директриса, но вот теплоты во взгляде, которым она меня наградила, оказалось куда меньше, чем когда она смотрела на Рейгана.
Меня это жутко злило. И дело было вовсе не в ревности, а в вопросах воспитания и морального облика. Кто же так открыто пялится на женатого мужчину в присутствии его супруги. Пусть и фиктивной, но все равно супруги!
— Не стоит благодарности. Это мой долг как княгини, — отозвалась я и, повернувшись, взяла мужа под локоть. — Здесь так скользко.
Рейган, не поможешь мне дойти?
Если он и удивился моему поведению, то вида не подал. И даже довольно быстро сориентировался. Накрыл мою руку горячей ладонью, подвинулся ближе и прошептал на ухо, опаляя жаром вновь вспыхнувшую щеку:
— Разумеется, Фрэн. Я всегда к твоим услугам.
Я уже пожалела о собственной импульсивности, но сделать ничего не могла. Не вырывать же руку на глазах госпожи Дамиры и всего детского дома.
Стоило нам войти внутрь, как вперед, растолкав детей постарше — и откуда у нее только силы взялись? — выбежала запыхавшаяся Аннабель.
— Фрэн! — Ее звонкий голосок разорвал торжественную тишину, которой нас встречали.
Недолго думая, она рванула вперед. Пока взрослые, в том числе и я, приходили в себя, подбежала ближе и с размаха бросилась обниматься, едва не сбив меня с ног.
— Аннабель, что ты себе позволяешь? — процедила опомнившаяся первой директриса.
Я почувствовала, как дрогнули маленькие ручки, которые продолжали обнимать меня.
