На местных ресурсах обсуждали мою истерику. Никогда раньше я не интересовалась общественным мнением. Громкое дело в «Фантоме» называли «новогодним расстрелом» или «убийствами в декабре». Криминальные разборки. А меня называли черной вдовой, кто-то думал, после смерти мужа я осталась главой ростовской мафии. Мыли мне кости. Была ли я беременна на самом деле и где мой ребенок? И не слишком ли быстро молодая вдова перешла, как трофей, по слухам, к следующему хозяину города? В сеть попала запись, где Андрей стоит перед машиной, агрессивно отгоняя от меня прессу.
Меня почти не видно — легкий силуэт в глубине салона за стеклом, который можно спутать с тенью.
Впервые за время, что мы знакомы, я ввела в поисковик имя, которое упомянул Андрей. Прозвище. Писала с опаской, несколько раз стирала, думая — точно ли я хочу знать правду? Я теперь его любовница. Любовница наемного убийцы.
Лучше бы я этого не делала… Я прикусила губу: киллер Рем оказался известной личностью. Десять лет работы. Десятки выполненных заказов.
В федеральном и международном розыске. Фоторобот был отдаленно похож на него. Со стороны он выглядел совсем иначе — циничный, жестокий подонок, «подвиги» которого заставили бы холодеть, не знай я его лично. Убитые бизнесмены, бандиты, другие киллеры, пытки… Раньше я об этом не думала. Какой будет моя участь с таким человеком?
Андрей вернулся домой поздно. Я не ложилась спать. Ждала на кухне, коротая время над дневником. И так увлеклась, что не заметила, как он вошел.
— Моя сумасшедшая писательница…
Поверх листов легла белая роза, и я подняла глаза.
Андрей криво улыбнулся в полумраке. Он хороший любовник. Надежный друг. Опасный человек.
— Какими ты видишь наши отношения? — прямо спросила я.
— Что за вопрос? — усмехнулся он. — Я ведь принес тебе розу. Белую розу, Дина. Я люблю тебя.
От каждого слова сердце замирало в груди. Эмиль свое «люблю» с трудом сказал — это слово не из его лексикона. Андрей говорил легко, твердо зная, что чувствует.
— Андрей… у меня сын.
А ты… — я отвела глаза, пока он терпеливо ждал, как я закончу. Язык почти не слушался. — Тебя разыскивают за семнадцать убийств. А если тебя будут брать, когда мы с сыном окажемся рядом? Что тогда?
Я его взгляда избегала, а вот Андрей смотрел прямо.
— Я натворил жести, ты не знала? Не отрицаю. Кто бы еще справился с твоими проблемами, Дина?
— Ты меня… обвиняешь? — не поверила я."
"— Нет, ласточка, — Андрей подошел вплотную, подхватил подмышки, поставив на ноги.
