Между нами навсегда тоненькая нить, даже если ты не здесь — я тебя чувствую."
"Я не просила меня встретить и направилась к стоянке такси. Раньше меня всюду сопровождала охрана, но после смерти Эмиля отказалась от нее. Я побрела вдоль бежевых зданий, пытаясь вспомнить, куда идти и оглянулась, чтобы сориентироваться по другим пассажирам. Заметила парня в футболке и бежевом пиджаке поверх, он был в соседнем со мной купе и уже тогда насторожил. Мужчины, путешествующие в одиночку, почти без багажа, не считая легкого кейса, вызывают подозрения.
Он отвернулся, поймав мой взгляд.
Нужно решать, куда ехать.
У нас с мужем был элитный пентхаус на Береговой с шикарным видом на реку. Там были очень красивые рассветы. Там я узнала, что Эмиль погиб. Наша первая квартира на Ворошиловском тоже хранила дурные воспоминания и море слез, которые вытер мой Эмиль.
— На Ворошиловский, — сказала я таксисту, устроившись на заднем сиденье.
Центр остался таким, каким я помнила — пыльным и знойным. Таксист высадил меня возле подворотни, и я неспешным шагом вошла во двор.
Квартира показалась маленькой и чужой, но стоило пройти по комнатам, тут же ожили воспоминания. На кухне я нашла старую турку, а в шкафу — пакет с зернами, неторопливо сварила кофе. Эмиль любил, ему я варила часто… Он пил черный, а я — с молоком. Представив, что он стоит рядом и тоже пьет кофе, я улыбнулась. Грусть по мужу стала светлой, но кто сказал, что от этого не болит? С чашкой кофе я подошла к окну и чуть не подавилась первым глотком.
Возле подворотни стоял парень, которого я видела на вокзале. Или показалось? Лица я не видела, просто бежевое пятно. Если это слежка, а не приступ паники, лучше нанять охрану. С дороги хотелось отдохнуть, заново привыкнуть к квартире и к городу, но есть дела, которые отложить не могу. Посомневавшись, я вызвала к подъезду такси и через час стояла у кладбищенских ворот.
По дороге купила черные каллы в цветочном салоне. Символ нашей любви. Раньше муж приносил мне цветы, но сегодня будет наоборот.
Пульс колотился в горле. Я вспоминала ночной вой на его могиле, боль в пальцах… Ту безумную ночь, когда пыталась откопать Эмиля, знала, что не смогу, и не могла остановиться.
Грудь сжимало от тоски, но чувство тяжелой безнадеги прошло. Наверное, я действительно все пережила.
На его могиле не было цветов. Это в первый день умершего заваливают венками со скорбными надписями. Через полгода он никому не нужен, кроме близких.
