Он мог биться дальше в одиночку, пошел бы завтра туда один и никто не знает, чем бы все закончилось. Теперь у нас есть шанс. Я верю в это.
— Все будет хорошо, — прошептала я.
Место куда нас отвезли — это было не отделение.
В комнате собрались несколько мужчин, включая Питерцова, его начальство. Приехал представитель ФСБ. Нам с Эмилем позволили остаться вместе. Я была поглощена только Эмилем. Сплела с ним пальцы, трогая и щекотно обводя их.
— Я готов говорить, — сказал он. — Но мне нужны гарантии.
— Вы утверждаете, что Николай Бессонов через Следственный комитет прикрывал незаконной оборот оружия? — они как будто сомневались, что Эмиль может быть им полезен или сбивали цену.
— Вы давно знакомы? Откуда знаете детали теневого бизнеса?
— Я не хочу тратить время! — зарычал Эмиль, подавшись вперед. Я держала его под руку и остановила, слишком агрессивно это выглядело. — Мой сын у него!
— Группа уже работает, — успокоил его Питерцов. — А нам нужно поговорить о деле. Вы ведь для этого здесь?
Эмиль вздохнул — начинать было тяжело.
Очень. Но он заговорил, бесцветно перечисляя факты. Рассказывал о торговле оружием, о том, что творилось в прошлом году в Ростове. Сливал всех. Звучали разные имена и некоторые были известными.
Эмиль замолчал на полуслове и менты переглянулись.
— Остальное скажу, когда приедет юрист.
Мы ждали, пока поднятый с постели Алексей Юрьевич не появился на пороге — собранный, но с немного ошалевшими глазами.
— Вы готовы подписать? — вполголоса переспросил он несколько раз, удивленный происходящим.
— Хорошо. Мой клиент идет на сделку, — сообщил он. — Обращаю ваше внимание, что он обладает очень ценными для следствия сведениями…
Я не стала слушать, как они торгуются. Вот и все. Он уже не уйдет отсюда — назад ничего не отыграть. Я приблизила голову к плечу мужа и закрыла глаза. Ладонь дрожала на его бицепсе. Эмиль обхватил ладонью затылок и поцеловал макушку, словно ребенка, а затем отстранился. Он быстро подписал бумаги, шелестя страницами.
А затем начался допрос.
— Вы знаете, где находится Андрей Ремисов?
Эмиль покачал головой. Я боялась, они углубят тему — и вдруг всплывает, что я была в том зале вместе с Бессоновым, но, к счастью, беседа пошла в другом направлении."
"— Кто еще участвовал в торговле оружием?
Он говорил и говорил. На него наседали по двое, по трое, задавая вопросы. Что-то чертил на бумаге, объясняя, словно нерадивым ученикам, схемы движения средств, записывал номера счетов и суммы.
