С одной стороны, я радовалась, что его необузданное сексуальное желание на какое-то время удовлетворено, а с другой – мне не хватало его призывных страстных взглядов. Мы посидели так несколько минут, а затем Линк вытащил из кармана листок бумаги. Со списком дел, о которых говорил Девлин в подвале.
– Мы дали рабам то, что они хотели, – размышлял Линк, – но теперь их нет, и как же нам их расспросить?
Я не хотела ни шевелиться, ни думать. Достаточно просто прижиматься к плечу Линка и чувствовать мужское тепло. Если закрыть глаза и напрячь воображение то, возможно, хоть на секунду удастся представить, что Линк – это Адам.
– В рабство можно попасть не только из-за черной кожи, – пробормотала я, думая об Адаме, Бо и о себе. Пусть белая раса исторически не была порабощена, однако все мы вкусили неволи.
Через секунду я открыла глаза и увидела, что Линк пялится на меня. Его мысли были яснее ясного. «Возможно, все чернокожие рабы покинули поместье, но в доме осталась еще одна пленница».
– Амелия, – прошептал Линк.
– Амелия, – кивнула я.
Глава 14 – ЛИНК
Мы идем беседовать с привидением!
Лестно относить себя к смельчакам, но за Дарси я следовал с таким нежеланием, что едва мог угнаться за ее семенящей походкой.
В который раз подумал, что Дарси – самый чудной человек на свете, и принялся гадать, как же уживался с ней муж.
Прошлой ночью ее чудаковатость достигла высшей точки. Дарси буквально сбрендила из-за какого-то хрустального шара, и я, как джентльмен, пообещал помочь его раздобыть. Рискуя жизнью, прополз по краю крыши и забрался в комнату спящей дамочки.
Едва отпер для Дарси дверь, как, оглянувшись, увидел, что хозяйка номера не спит. Ингрид вопросительно уставилась на меня через полутемную комнату, и что тут было делать? Выложить правду, что я вломился к ней, потому что мне позарез нужен ее хрустальный шар? Красотка вызвала бы полицию, и моя имя полоскали бы во всех газетах так, что от моей карьеры остались бы рожки да ножки. Но прикинься я, что пробрался в комнату, потому что нуждаюсь в ее обитательнице, все бы обошлось малой кровью.
И что, выходит, вещи теперь ценятся дороже людей?
Короче, мне не оставалось другого выхода, кроме как притвориться, будто я заявился по душу Ингрид. По правде говоря, я всерьез ожидал, что дамочка меня отвергнет. За мою насыщенную жизнь всего две женщины сказали мне «нет»: Дарси и ее матушка. Но поскольку обе они были последними, на кого я положил глаз, проклюнулось и крепло предположение, что удача отвернулась от меня.
