И этот потрясающий контраст сводит с ума, заставляет сердце биться чаще. В эту минуту мне совершенно плевать на то, что там, за дверью, возможно кто-то есть, на то, что совершенно голая, средь бела дня я веду себя, как последняя развязная девка, мне вообще на все плевать, кроме восхищенного шепота и резких, глубоких толчков. Между ног все горит, пылает. Где-то глубоко внутри вспыхивает искра, превращаясь в огромный, огненный шар, грозящий спалить меня дотла. И мне нравится, безумно нравится происходящее.
Это грязно, пошло, порочно, но так хорошо, что все остальное перестает иметь даже малейшее значение. Есть только он, мой ежик, его отрывистые движения и жаркое дыхание. Марк с приглушенным стоном наращивает темп, притягивает меня к себе и врывается до упора с такой силой, что кажется, еще чуть-чуть и стол подо мной разлетится на щепки. Огромный, пылающий шар внутри меня взрывается, ударной волной унося меня в кромешную тьму. Я выгибаюсь, вскрикиваю и сотрясаюсь в миллионе мелких судорог, ощущая, как, тяжело дыша, Марк делает финальные толчки и, едва успев покинуть мое тело, с громогласным рыком изливается на мой обнаженный живот.
— Еська, — Марк обхватывает ладонями мое лицо, целует жарко, буквально меня пожирая, — ты моя, слышишь, только моя, никому тебя не отдам.
— Твоя, — отвечаю, не слишком понимая, что вообще происходит.
— Моя? — уточняет, оторвавшись от моих губ.
Киваю в ответ, опустив взгляд.
— Тогда как насчет того, чтобы познакомиться с моей семьей?
— Ч…Чего? — туман рассеивается, стоит мне только осознать сказанные марком слова.
— Пока только с братом и сестрой, ну чего ты испугалась?
Глава 32
— Есь, ты долго еще будешь оттягивать неизбежное? — слышится голос Марка за дверью.
Легко ему рассуждать, конечно. А мне каково? Он-то решение принял, только меня спросить забыл. Ну какое знакомство с семьей? Кого знакомить? Меня?
— Есь, — стук в дверь, а я не реагирую.
Мне собраться нужно и настойчивость Марка сейчас вовсе не помогает.
Что я скажу его родным? Как отвечу даже на самый банальный вопрос: «Как вы познакомились?».
Тяжело и громко вздохнув, я набираю в легкие побольше воздуха, поднимаюсь с кровати и направляюсь к двери. Тело, будто свинцом налитое, едва отвечает на сигналы мозга. Ноги совершенно не хотят передвигаться, ладони потеют, а кончики пальцев леденеют.
— Ну чего ты? — серьёзно спрашивает Марк, когда, отперев наконец дверь, я предстаю перед ним.
