Надеюсь, он уже пришел в сознание после операции.
Спустя пол часа долгих уговоров, Вера все же согласилась. Галина Анатольевна заняла внимание ребенка, чтобы девочка не видела, что ее мать уходит. Мы сели в автомобиль и наконец-то выехали в сторону больницы. Девушка молчала всю дорогу. Я искоса поглядывал на нее в зеркало заднего вида. Она пыталась сохранять спокойствие, но ее мелкие телодвижения выдавали нервозность девушки.
Подъехав к зданию больницы, мы вышли из автомобиля и направились в холл. Молча поднявшись на четвертый этаж, мы оказались возле стоки, где до этого утром я был вместе с Михаилом и ждал результата операции.
– Громов в какой палате? – спросил я медсестру.
– Дмитрий Сергеевич… – испуганно произнесла девушка. – Он в реанимации. Я не д-думаю, что врач позволит…
Я вздёрнул бровь. Если она знала меня по имени, значит ей было известно, кто я. Неужели она думала, что меня остановят какие-то больничные правила от того, что я хотел убедиться, что с моим другом все в порядке?
– Мне нужно позвонить врачу, – дрожащим голосом пояснила она.
– Он приходил в себя?
= Да, но сейчас он возможно спит.
К нам вышел хирург и одарил нас всех троих недоверчивым взглядом.
– Я не пущу всех троих в реанимацию, – строго предупредил он.
– Брось, док, – возмутился Никита. – Когда Димас лежал в реанимации, ты пускал нас двоих к нему.
– Только двое, – настаивал он.
Мой друг поднял руки в знак капитуляции.
– Хорошо, я останусь здесь, – согласился он.
Я прищурился, глядя на врача. Он смел мне дерзить.
Любому другому человеку я бы оторвал голову за его тон, но с ним я не мог этого сделать. Именно этот врач спас нам троим жизнь однажды, и, кто знает, сколько раз ему еще придется это делать. Поэтому я сдался, соглашаясь с дурацкими больничными правилами. Вообще по идеи в реанимацию имеют доступ только близкие родственники.
Нам выдали голубые одноразовые халаты и бахилы. Одевшись, мы с Верой проследовали за медсестрой. Открыв перед нами дверь, я увидел Саню на больничной койке, подключенного к аппаратам.
Из его руки торчала капельница. Он спал. Лицо моего друга было бледным.
Вера тихо приблизилась к нему и осторожно взяла за руку. Саня в ту же секунду открыл глаза.
– Я сплю? – тихо спросил он.
– Нет… – ответила девушка, садясь на стул рядом с койкой.
Я слышал, как она всхлипнула. На минуту мне показалось, что я тут лишний. Саня повернулся в мою сторону.
– Знаю, зачем ты здесь, – осипшим голосом сказал он. – Я не видел того, кто сделал это.
