Можно было пойти более длинным и трудным путём, но зато рука об руку. Однако я был уверен в том, что самый хитрый. Все так думают, и это главное заблуждение таких, как я. Решил слукавить. Думал, обману судьбу, обойду на крутом вираже. И карьеру головокружительную хотел сделать, и тебя вернуть. Ан нет. Судьба мне сказала: ""Твоё время пришло, действуй, Кирилл. Ты должен спасти свою любимую женщину для её любимого, её мужа. Ей ещё детей ему рожать, жить и жить с ним долго и счастливо. Так что не подкачай!"". Всё правильно и всё справедливо.
Так, как и должно быть.
— А я верю, что у тебя будет всё, Кирилл. Не только карьера.
— У меня будет всё то, что мне нужно, Вика. То, к чему я стремился и стремлюсь. Кроме главного, разумеется. Прости меня за то, что пытался влезть в твою жизнь.
— Простила, Кирилл, честно. Теперь я верю тебе.
— Вот и отлично, — Кирилл бросил взгляд на часы. — Пойду дом проведаю, душ приму и переоденусь. Вернусь, наверно, после обеда. К тебе сейчас всё равно посетители косяком пойдут.
Кирилл вышел из палаты, и его едва не сбил с ног бледный русоволосый парень, довольно высокий и крепкий. Кирилл уже знал его, видел раньше. Плотно прикрыл за собой двери палаты, загородил собой вход и выжидательно уставился на парня, подняв бровь."
"— А к Виктории Баталовой можно? Она ведь здесь, в этой палате?
— Виктория здесь, и к ней можно.
Кирилл ответил спокойно и серьёзно, но парень вдруг нахмурился и начал внимательно всматриваться в лицо собеседника.
— Это…ты? — немного хрипло спросил он.
— Это я. Но мы, вроде, не знакомы. Откуда ты знаешь, что это я?
— Догадался, — усмехнулся Николай. — Когда по-настоящему любишь женщину, знаешь даже то, о чём она не говорит. Но тебе не понять.
— Да где уж мне, — кивнул Кирилл. — Тут ты прав.
— Как Вика?
— Жить будет. Долго и счастливо, с тобой.
— А тебе бы хотелось, чтобы с тобой? — казалось, Николай сдерживается из последних сил.
— Не думаю, что сейчас время и место для обсуждения моих желаний, — Кирилл ничуть не смущался.
— Если ты уверен в себе и в своих чувствах, тебе меньше всего дела должно быть до меня и моих устремлений.
Коля всё же не выдержал, схватил Кирилла за отвороты белого халата. Костяшки пальцев Николая побелели от напряжения. Ворот халата затрещал. Несколько секунд мужчины смотрели друг другу в глаза, и Кирилл видел, как бешенство в глазах Николая уступает место растерянности и боли.
— Чёрт с тобой, — устало сказал Николай и разжал руки.
