Одари меня лаской, позволь испытать великое счастье!
С этими словами Агнесс опустилась передо мной на колени, похотливо облизывая губы и явно показывая, что готова на все.
– Говоришь, решилась признаться мне в любви, как только я стал императором? – усмехнулся я, глядя на нее сверху вниз. – А до этого собиралась замуж за Эдриана?
– Вовсе нет! – Агнесс залилась слезами. – Я была с Эдрианом только ради того, чтобы быть ближе к тебе, мой бесценный! На самом деле я не никогда не испытывала к Алому генералу совершенно никаких чувств! Я всегда любила тебя, только тебя и очень переживала, когда ты уезжал на границу.
Ночей не спала от беспокойства! Данте, Ваше Императорское Величество, я правда, очень-очень сильно вас люблю! Я не могу больше без вас! Поцелуйте меня, молю! Умоляю! Вы же не бросите бедную беззаветно влюбленную в вас девушку?
Омерзение, которое я испытывал к этой дряни, достигло своего пика.
Она хотела отравить меня своим поцелуем, вернее приворотной травой, которой, очевидно, заранее смазала губы.
– В жизни не встречал более помойного существа, чем ты, – я покачал головой. – Чумные ничто рядом с твоей душой, гниющей и разложившейся, как труп.
Глаза Агнесс расширились и наполнились слезами. Она заревела.
– Пусть так! Но зато у меня красивое тело! Возьми меня! Если не своей женой, так хотя бы любовницей! Поцелуй!
Она поползла на коленях, подставляя губы, и это выглядело просто отвратительно.
– Что ты вообще несешь? Твое место – в самом грязном борделе Серенны, Агнесс Гастелло.
– Неправда! Твоя мать говорит, княгесса Нерисса Сальваторе, говорит, что я – идеал. Я скоро стану Звездой отбора, Звездой Серинити и ты должен будешь жениться на мне, как император! Я буду лучшей женой и императрицей, клянусь! Просто возьми меня, Данте, умоляю! Я буду верной, очень верной, буду любить тебя и ублажать. А сила ко мне вернётся, уж я найду, как ее вернуть и стать твоей Избранной.
– Такой же верной, как ты верна Эдриану?
– Эдриан – никто по сравнению с тобой, любимый! – прошептала Агнесс.
И тут в глубине балкона раздались громкие хлопки.
Он вышел на неясный свет магической сферы, чуть пошатываясь, мой брат.
И хлопал, издевательски хлопал.
Розовое лицо Избранной под слоем пудры побелело.
– Эдриан! – вскрикнула она и поползла к нему.
– Я-то уж было решил, что ты просто пустышка, Агни… – проговорил брат, отхлебнув из бутылки, которую держал, прижав локтем. – А ты оказалась обычной дешевой шлюхой. Ну надо же, какое открытие.
