Когда я вошла, слепые, белесые глаза головы распахнулись, а я шарахнулась назад, к выходу.
– Не обращай на него внимания, – успокоил Черничка. – Делай то, зачем мы сюда пришли!
Прямо посередине комнаты стоял пюпитр, на котором покоилась огромная книга в черном кожаном переплете, обитом деревянными дощечками.
– В кристальоне Агнесс она выглядела по-другому, – пробормотала я.
– «Скрижали» меняют свой вид в зависимости от того, в чьи руки тетрадь попадет. Только сначала капни на переплет своей кровью – иначе книга даже не раскроется.
Я уколола палец булавкой, которая была пристёгнута у меня к платью и капелька моей крови упала на переплет.
Он тут же стал меняться, прямо на глазах!
Я была шокирована – спустя пару мгновений древний фолиант превратился во вполне себе современную книгу с тисненым золотом переплетом и атласными страницами.
Ну просто какое-то подарочное издание из букинистического, а не местный Некрономикон!
Крыс прыгнул прямо на подставку и принялся деловито перелистывать страницы, как будто «Скрижали тьмы» были его настольной книгой.
А свет кровавой луны меж тем все убывал – красные пятна света на деревянном полу очень быстро светлели.
– Вот оно! Кровавое Иссушение наоборот! – Черничка ткнул своей маленькой лапкой в страницу, испещренную символами и чертежами. – Рисуй пентаграмму так, чтобы свет кровавой луны оказался в центре. А я пока зажгу свечи!
Понимая, что время на исходе, мы действовали слаженно, четко и быстро!
Хотя нарисовать на деревянном полу сложную многоконечную звезду со всякими загогулинами, изображенную в «Скрижалях», оказалось непросто.
Белесые глаза головы, казалось, наблюдали за мной, но я уже не обращала на нее внимания.
С книгой в дрожащих руках я встала в центр нарисованной пентаграммы, в каждом навершии которой Черничка расставил свечи, и принялась читать заклинание."
"Я продиралась сквозь эту тарабарщину символов, словно через крючковатый сухостой из колючек, каждая веточка, каждый сучок или шип которого норовил вцепиться в мое платье и волосы, запутать в себе намертво и не отпускать.
Я торопилась, очень торопилась – суперлуние было на исходе!
Крыс сидел у меня на плече, дрожа от волнения, и шепотом повторял каждое мое слово.
И когда кровавая луна убыла, сменившись серебром, я выкрикнула последнее слово заклинания оборота и захлопнула «Скрижали Ночи»!
В то же мгновение меловой круг вспыхнул багровым пламенем, и в зеркале, которое находилась в одной из ниш, я увидела...
ГЛАВА 51
Там была Агнесс.
