— И ни рублём больше. Соглашайся, Максим, это большие деньги. А Корпус будет тебе благодарен.
Сейчас со мной торговался не добрый дядюшка Игнатов, а высокопоставленный страж Корпуса. Так что я с чистой совестью ему отказал. Деньги мне и самому нужны.
— Иди, — цокнул языком полковник. — Но если не найдёшь цены лучше, или если в тебе проснётся совесть — возвращайся. Моё предложение пока что в силе.
* * *— Как же грустно, что ты покидаешь нас, — вздохнула Света, когда ребята, стоя у ворот лагеря, провожали меня в свободное плавание.
— У вас тоже есть увольнительные, — пожал я плечами. — Проверните то же самое, что и я, и вперёд.
— Нет, ну я-то могу себе взять наставника из рода. А кто ребят поведёт? — она покосилась на Змея и Машу. А затем замерла и через несколько секунд просияла: — О! А ведь ты теперь можешь нас провести в аномалию вполне официально! А? Как тебе?
И смотрит такими озорными глазками.
— Олег, можно тебя на секундочку, — неожиданно произнесла Маша.
— А? Но мы…
— Давай, Олег, не упрямься.
Отойдём, но скоро вернёмся, успеем ещё проводить Максима, — она чуть ли не силой оттащила его в сторону, бросив напоследок многозначительный взгляд на Свету."
"— Чего это с ней? — пробормотала герцогиня и подняла на меня свои зелёные глазки.
— Решили напоследок оставить нас наедине? — улыбнулся я.
— Да? Но… глупости это какие-то, — проговорила она, а затем зажмурилась и, резко открыв глаза, начала: — Можно я задам вопрос, Максим? Я должна это сделать, чтобы не осталось недомолвок. Но ты не обижайся, ладно?
— Спрашивай что угодно, Света, — улыбнулся я, а затем прошептал на ушко.
— Тебе отвечу честно.
Она смешно встрепенулась и отпрянула, на миг потеряв весь свой задор. Но уже через секунду выпалила:
— Максим, ты хотел бы стать вассалом моего рода?
Я хмыкнул и ответил:
— Нет. Прости. При всём уважении к тебе и твоему роду, я не хочу видеть над собой кого-либо.
— Что и следовало от тебя ожидать. Но… я должна была попытаться, — произнесла она немного грустно.
— А что случилось? — удивился я.
— Ты так хотела, чтобы я стал твоим вассалом? Я думал, тебе нравятся более… равные отношения?
— Конечно, нравятся! — выпалила она, отчего-то краснея. — Но… эм…
Её метания казались мне довольно милыми.
Я перевёл взгляд на Метку Светы — широкий меч, над которым светит солнце. Когда из нас сформировалась группа для зачистки аномалии с кобольдами, мы сказали друг другу имена наших Меток.
«Солнечный ратник» — вот как зовётся Метка герцогини.
