— Помочь?
Внезапно раздавшийся голос Станислава вынуждает меня вздрогнуть и резко обернуться.
— Стас? — поспешно прижимаю ладони к чересчур оголившейся груди. За неделю она ещё больше разбухла и теперь едва помещается в лифе платья. — Господи, ты меня напугал!
— Если что, мне разрешили войти, — предупреждает Станислав, указывая большим пальцем на дверь позади себя.
Облокотившись на косяк, он открыто рассматривает меня, всем своим видом напоминает голливудского актёра на церемонии вручения «Оскара».
На мужчине белоснежная рубашка, бабочка, дорогой дизайнерский смокинг черного цвета и модные туфли из гладкой, натертой до блеска кожи.
Обувь выглядит слишком дорого, явно ручной работы. От Ильи слышала о такой.
На манжетах поблескивают запонки из драгоценного металла, а в глазах разгорается нешуточный азарт. Стас пялится на меня, не скрывая жгучего интереса.
— Ясно… — лепечу я растерянно, опуская глаза в пол.
— Тётка у тебя зачётная, — замечаю, как он отталкивается плечом от опоры и направляется ко мне.
Щёки тотчас покрываются жаром. Чувствую, как приливает огонь к груди. Сглатываю, вскидывая на него смущённый взгляд.
— А твои родители? Они не местные? — спрашивает Станислав.
— Они живут в другом городе, — отвечаю, отворачиваясь к зеркалу и придерживая платье на груди. — Помоги мне с молнией, пожалуйста. Там что-то заклинило.
— Можно? — поймав мои глаза в зеркале, Стас слегка нависает надо мной и выжидающе смотрит. Аромат терпкого парфюма проникает в нос и слегка кружит голову.
— Да… конечно, — нерешительно приподнимаю руку, давая ему возможность закончить начатое.
Пальцы мужчины касаются кожи, и я инстинктивно содрогаюсь, ощущая, как место прикосновения обжигает током. Прикрываю веки, стараюсь не встречаться со Стасом взглядом. Он всего лишь застегивает молнию, а мне уже неловко. Сердце вылетает из груди.
— Готово, — отрезвляет меня своим голосом, который в данную секунду кажется чуть хрипловатым. — Ты не надела серьги.
— Стас… Они слишком…
— Они охрененные."
"Станислав не даёт мне закончить мысль.
Тянется рукой к футляру, лежащему на комоде, и вынимает из него украшения.
— Я хочу, чтобы ты сегодня затмила всех женщин на свадьбе. Это не обсуждается, Ива.
— В смысле? — втягивая недостающий в лёгких воздух, я стараюсь не думать о том, что мой новый знакомый, опустив глаза, пристально оценивает оформленные лифом полушария груди.
Они вздымаются при каждом вздохе.
— Эти серёжки безумно дорогие. Я боюсь их потерять, — сообщаю, тяжело дыша.
