Багряные воды Трезубца омывали копыта их боевых коней, они сходились снова и снова, и наконец последний сокрушительный удар молота Роберта разбил и дракона, и грудь под ним. Когда Нед наконец явился к месту событий, Рейегар уже лежал мертвым в потоке, а воины обеих армий копошились в грязи, разыскивая вылетевшие из панциря рубины.
– Мне снится, что я убиваю его, каждую ночь, – признался Роберт. – Но и тысячи смертей ему мало, он заслуживает большего.
На это Неду нечего было ответить. Помолчав, он сказал:
– Пора бы возвратиться, светлейший государь, ваша жена ждет.
– Чтоб Иные побрали мою жену, – кисло пробормотал Роберт, но направился назад, тяжело топая в темноте. – И если я еще раз услышу «светлейший», то велю насадить твою голову на пику. Мы слишком близки друг другу, чтобы пользоваться подобным титулом.
– Я этого не забыл, – проговорил тихо Нед. Молчание затянулось, и он попросил: – Расскажи мне о Джоне…
Роберт покачал головой:
– Я никогда не видел, чтобы человек заболевал так внезапно. Мы устраивали турнир в честь именин моего сына.
Если бы ты видел в этот день Джона, то поклялся бы, что ему суждена вечная жизнь. Две недели спустя он был уже мертв. Болезнь опалила его нутро. Она прожгла его насквозь. – Король остановился у колонны возле гробницы одного из давно усопших Старков. – Мне нравился этот старик.
– Мне тоже. – Нед помедлил мгновение. – Кейтилин боится за свою сестру. Как Лиза справляется с горем?
Рот Роберта горько скривился.
– Не слишком-то хорошо, если честно, – признался он.
– По-моему, смерть Джона заставила ее свихнуться. Она увезла мальчишку в Орлиное Гнездо. Против моего желания. Я надеялся воспитать его у Тайвина Ланнистера на Бобровом утесе. У Джона нет братьев и сыновей. Неужели я могу допустить, чтобы его сына воспитывали женщины?
Нед скорее доверил бы дитя подколодной змеюге, чем лорду Тайвину, однако он оставил свое мнение невысказанным. Иногда старые раны не исцеляются до конца и вновь кровоточат при первом упоминании.
– Жена потеряла мужа, – тщательно выбирая слова, проговорил он.
– Быть может, мать страшится потерять сына. Мальчик еще очень юн."
"– Ему шесть, он хвор и к тому же лорд Орлиного Гнезда, да смилуются над ним боги. – Король помолчал немного и выругался. – Лорд Тайвин никогда не брал себе воспитанников. Лиза должна была чувствовать себя польщенной. Ланнистеры – весьма благородный дом, но она и слушать меня не стала, уехала среди ночи, даже не спросив разрешения. Серсея была в гневе.
