Ну, что, как водичка? Теперь можно и поговорить, когда кое-кто успокоился и остыл.
О сделанном пожалел сразу, как увидел её глаза, когда вынырнула из воды. Взгляд затравленный какой-то… Схватил с шезлонга полотенце и шагнул к лестнице, чтобы протянуть руку и помочь выбраться, но где там. Упрямая девчонка поплыла прочь. Вот, глупая, на той стороне ничего нет.
- Эй, держи полотенце!
- Пошёл ты!
Закатил глаза: ну, конечно, что ещё она могла ответить? Неужели, вылезет без лестницы? Надо же, респект! Мокрое платье облепило её, словно вторая кожа, слишком откровенно очертив ягодицы и грудь.
Твою ж мать! Что за грёбанная хрень, ведь я давно не прыщавый подросток. Остановился и перевёл взгляд на электронное табло, показывающее температуру и влажность, пытаясь включить обратно мозг и выключить то, что в штанах.
Но Арина не помогала, вместо этого задрала юбку до самой задницы. Ну, всё, пора с этим заканчивать. Пошёл быстрее, чтобы закутать уже её в полотенце, но эта ненормальная вдруг скинула обувь и припустила прочь, прямо в мокром платье.
Дура, там же холодно!
- Арина! Стой! Да подожди, сумасшедшая! Возьми полотенце! Простудишься!
Ага, щас, взяла она! Когда остался один, на душе вдруг сделалось гадко. Словно котёнка обидел, а не нахальную девку, которой палец в рот не клади. Но что-то не сходилось. И этот взгляд, который она бросила напоследок. Чёрт. Нет, надо разобраться до конца!
Коридор встретил непривычной тишиной: все свалили на съёмки, это хорошо.
Мокрые следы ожидаемо привели к одной из комнат. Заперто. Прислушался, надеясь, что она, по обыкновению, ругается и злится, но услышал только сдавленные рыдания. Да ладно? Постучал пару раз:
- Арина, открой!
- Уходи! Ненавижу тебя!
Точно, ревёт.
- Открой, давай поговорим.
- О чём? Мало поржал?
Кто? Я? Над ней, что ли? Знала бы она, о чём думал в бассейне на самом деле, уж точно не до смеха было! Снова послышались всхлипы. Хрена с два она меня впустит. Посмотрел на устройство дверного замка.
А, ну это просто:
- Так, всё, я захожу.
Первое, что увидел, и о чём сразу запретил себе думать – платье на полу. Но её покрасневшие глаза и опухший нос словно прострелили в грудь навылет. Сам не узнал свой голос:
- Ты плачешь?
В ответ – молчание. Прошёл через комнату к ней напрямую и сел на кровать, продолжая недоумённо всматриваться в испуганное лицо. Арина подтянула коленки к груди и вжалась в спинку кровати.
