- Ириш, я сама ещё немного в прострации, как только определюсь, скажу. Пока не пытай меня, ладно? – получилось это так жалобно, что подруга, хоть и прикусила губу от досады и неудовлетворенного любопытства, поспешила снова обнять её, только теперь намного нежнее.
- Да ладно, чего ты переживаешь, всё будет хорошо. От вас и до моего отъезда искры во все стороны летели, а теперь так и вовсе. Ты же знаешь Саньку, он у меня немного отмороженный, но к тебе всегда неровно дышал. А чтобы вот так прилюдно обниматься полез, так и вовсе по пальцам одной руки посчитать можно.
Что есть, то есть, но если раньше это Лару немного задевало – неужели стыдится, что даже не обнимет и не поцелует у кого-то на глазах, то теперь полностью одобряла его внешнюю сдержанность.
И хотя Ира честно старалась держать своё слово, по бросаемым в её сторону пламенным взглядам было понятно, что терпение её не безгранично.
- Я не смог дозвониться Щукину, на работе сказали, что он взял больничный, - Саша посмотрел в зеркало заднего вида, тут же поймав взгляд Ларисы.
Теперь в том, что она села сзади не было ни попытки отодвинуться, ни обозначения границ, просто Иришка так вцепилась в её руку, что пассажирское сиденье даже не рассматривалось.
- А кто это? – тут же отреагировала его сестра, зорко следя за их переглядываниями.
- Один общий знакомый, ты его не знаешь. Тебя куда отвезти?
- Давай ко мне домой, - она глубоко вздохнула и уставилась в окно, тут же помрачнев. Радость от предстоящей встречи с дочерью существенно омрачалась тем фактом, что Валера специально взял сегодня отгул.
Она заранее предупредила, чтобы в аэропорту не встречал, чем явно нарушила его планы, но велеть не являться в общую квартиру это уже перебор.
Глава 29
«На святое дело идём — друга из беды выручать»
х/ф «Место встречи изменить нельзя», 1979г.
- Может, нужно было отвезти её ко мне или к тебе? – Лариса вздохнула, глянув на окна шестого этажа.
- Как ты себе это представляешь? – Чернышов тоже заметил, как с каждым километром, приближавшим Иру домой, сестра всё больше замыкалась.
Но помочь тут никак нельзя, если уж задумалась о разводе, должна сама до этого дозреть и решиться.
Он сам склонился к выводу, что пора заканчивать фарс под названием «семейная жизнь», когда Лизавета и ночевать домой перестала приходить. Впрочем, винить её за это нельзя – он пропадал на работе, а молодая жена, которая совсем по-другому представляла замужество, тосковала одна.
