Подумай сама, он следователь, причем, с хорошими перспективами, и такая история.
Да уж, тут не то, что дело прикроешь, но и из органов поспешишь уволиться, вот только это решение придется как-то объяснять. И если начальство удовлетвориться туманными семейными обстоятельствами, то тесть-судья жалкому лепету не поверит. А педофилия это не злоупотребление служебным положением, тут можно одним только порицанием не отделаться…
Механический голос объявил, что рейс из Мадрида уже сел, поэтому они решили прервать разговор и направились к входу в зал прилета.
Таможенный и паспортный контроль Ира прошла на удивление быстро и уже совсем скоро повисла на шее у брата:"
"- Как я соскучилась! – Она смачно чмокнула его в щеку. – Как будто не неделю дома не была, а пару месяцев. - Оторвавшись от Чернышова, Ириска и Ларису стиснула в таких крепких объятиях, что та только ойкнула. – Что у вас нового?
- Да что у нас может быть нового? – полузадушено пропищала Лара, не пытаясь вырваться из рук подруги. – Лучше расскажи, как отдохнула.
- Ой, это надо не рассказывать, а видеть самим, - противореча самой себе, Ира набрала воздуха в грудь и уже приготовилась делиться впечатлениями, когда её оборвали:
- Давай посадочный талон, заберу твой багаж. – Получив из рук сестры бумажку, он тепло улыбнулся Ларисе и провел кончиками пальцев по её щеке. – Стойте здесь, постараюсь быстро.
И ушёл.
- Лариска. - Ириша повернулась к подруге с распахнутыми глазами-блюдцами. - Вы что же… Вы..?
- Без комментариев.
- Какое «без комментариев»?! Меня сейчас от вопросов разорвет!
Лара глянула вслед Чернышову так, что он должен был споткнуться, но ничего, выдержал, даже не запнулся.
Если в юности её саму распирало от желания поделиться со всем миром фактом их отношений, но то сейчас ей хотелось, как тому дракону, оберегать от посторонних глаз. Даже если это глаза настолько близкого человека, как Ира. Все-таки правы те, кто говорит, что счастье любит тишину, особенно на их этапе отношений.
Поэтому его демарш был и приятен, и всё же его не одобряла.
Потому что пока не была готова озвучивать свои чувства и вообще планы на дальнейшее. Хотя бы потому что и сама в этих планах совершенно плавала. Она прекрасно понимала - Саша захочет, чтобы она уехала с ним, но… Было столько тезисов против её отъезда, что от одной только мысли о предстоящем разговоре начинала болеть голова. Причем, настолько, что даже вопрос причастности Щукина к проблемам их фирмы казался не таким важным.
