Он лежал на боку, обнимая её, и Лара снова осторожно опустилась рядом, вглядываясь в смутно белеющее лицо, обманчиво расслабленное во сне. Изгиб бровей, который она, едва-едва касаясь, проследила пальцем. Перешла на переносицу, бережно провела по кончикам прямых ресниц. Подбородок с едва заметной ямочкой… Похоже, она его чуть пощекотала, иначе с чего бы Саша дернул уголком плотно сомкнутых губ и тут же потянулся к её ускользающим пальцам, прижавшись колкой щекой к ладони.
Глядя, как он ластится большим котом, Лариса и сам улыбнулась, чувствуя, как её раздирает от нежности, а в горле стоит комок.
Её бы воля, до полудня вот так пролежала, просто наблюдая, как он спит. Но тут же, будто противореча собственным мыслям, наклонилась, легко касаясь губами того самого улыбающегося угла рта.
Наверное, со стороны она смотрелась жалко. Как же, вроде, была-была самостоятельной женщиной, бизнес – да не прозвучит это ругательством, - вумен. Сама себя создала и далее по тексту. А стоило приехать Сашке, и снова, как шестнадцатилетняя, готова ради него практически на всё.
Ни гордости, ни самоуважения – он же её бросил! А таким верить никак нельзя, бросил один раз, что помешает повторить снова! Кажется, именно так сама себя убеждала ещё совсем недавно?
Быть гордой это хорошо, это достойно и вообще, что за желание спрятаться за широкой спиной в наш прогрессивный век феминизма? Только гордость не согреет ночью, не утешит, когда болеешь, и не поддержит, когда тебе морально плохо. Ведь Лариса не железная, она не раз пыталась создать семью.
И претенденты были неплохими, отнюдь. Тот же Костя, например. Хотя, нет, исходя из последних данных, пример как раз не очень… Но суть-то не в этом, а в том, что за все эти годы она не встретила ни одного мужчину, который смог бы вызвать даже бледное подобие всего, что она чувствовала к Чернышову. Что тогда, что сейчас. И если раньше, когда такая мысль мелькала, отговаривалась его предательством, то теперь становилось ясно, что она просто не умеет любить никого, кроме него.
Конечно, у неё были вопросы по поводу того, почему он не приехал после их расставания, но они не казались сейчас такими уж важными. Намного важнее то, что сейчас он здесь, что даже во сне не желает отпускать, плотно сжимая пальцы на её коже. Что хочет от неё детей.
Это изумило даже больше его ультиматума по поводу брака, в конце концов, оба там уже побывали, ничего особо захватывающего или страшного в этом нет.
