Карина то и дело останавливалась что-нибудь рассмотреть и просто балдела от счастья, потому что никто не тащил ее за руку, не вопил, что шаг в сторону – сутки на привязи.
– А папа к нам приедет? – спросила она.
– Обязательно… приедет, – рассеянно ответила мама, осматриваясь. – Надо же, как все заросло. Так, Карина, здесь ты будешь в безопасности, и все будет хорошо. В общем, ты – дома. Поняла?"
"– Конечно, поняла.
Дом – это же гораздо лучше, чем даже их большая квартира. Если еще и папа приедет… У калитки их кто-то ждал.
Мама напряглась.
– Привет, Лариса, – с расстановкой проговорила она. – Не прогонишь?
– Все выделываешься, – совсем медленно, почти по слогам ответила тетя. У нее были такие же длинные и черные волосы, как у мамы, только волнистые. – Рюкзачок на плече, а пять чемоданов барахла в глубинном мешке, да? Багаж-невидимка?.. Привет, Арина. Значит, решила вернуться? Еще и детеныша притащила.
Мама задумчиво посмотрела мимо сестры куда-то в сторону леса.
– Ей тут лучше будет. Ее тут не найдут.
– А твой мерзавец рыжий?..
– И он не найдет. Я ему хороший знак забвения сотворила. Он, конечно, силен, да и защитой обвешан с ног до головы, но и я не пустое место. Плюс эффект логова… Нет, не найдут здесь ни ее, ни… – Мама тронула мягкую черную сумку-мешок на своем плече.
– И слышать не хочу, – перебила Лариса. – Если ты у него сперла что-то жизненно важное, так я только рада, что он не сможет найти. Живи тут, но меня в свои дела не вмешивай.
Арина кивнула.
– А мама где?
– Ты же ее знаешь… то там, то сям… Она меня, бездарь, в свои задачи высших порядков не посвящает.
Карина тем временем разглядывала старый деревянный дом в глубине участка – наверняка там куча привидений и пара потайных комнат найдется. Потом она перевела взгляд на симпатичный кирпичный домик напротив. Кто-то таращился на нее огромными серыми глазищами сквозь щели в заборе. Она аккуратненько обогнула маму, говорившую с тетей Ларисой (ага, ее родной тетей, хотя представления о родственниках у Карины были очень размытые), и подобралась к забору.
– Ты кто? – спросила она.
Смотревший вдруг прыжком оказался на заборе. Это был мальчик ее лет, беленький, соломенно-растрепанный, то ли ангелок из мультика, то ли маленький лорд Фаунтлерой из английской книги. Только ободранные коленки были ни из той оперы, ни из другой.
– Я Митька, – сказал он. – А вот ты кто, рыжая?
– Карина. Ты тут живешь? Я тоже буду.
– На велике гоняешь?
– Нет, я не умею, у меня и велика-то нет.
