Мышь прилизанная или мышь лохматая – все равно не бабочка.
Чувствуя себя полной дурой, Карина принялась стягивать лохмы в косу. Диймар жадно уставился на башни Города луны, но потом снова обернулся.
– Слушай, рыжая, я не понял, ты все-таки рыжая, или красная, или?..
– Или. Я всегда разная, в основном серая. – И, кляня себя за малышачье поведение, Карина не удержалась и показала Диймару язык. Тот и бровью не повел. Вернее, только бровью и повел – ехидно вздернул. И еще ухмыльнулся. Карина с досадой почувствовала, как, скрывая веснушки, лицо заливает краска.
Примерно такого же цвета, как волосы пару минут назад.
А прямо перед ними открывался Третий город луны.
Впечатление было такое, что тропа уперлась в стеклянную стену, отделяющую совершенно другой кусок пространства. По ту сторону раскинулась небольшая площадь с желтой брусчаткой и невиданными фонтанами – вода в них била не струями, а отдельными каплями, очень крупными и частыми, но именно каплями.
– Аллея дождя, – шепнул Диймар, – лучше и быть не может.
Слева рынок пряностей, ну, знаешь, Сумеречные ряды. Справа – нежилой район, бывший Волчий квартал.
– Почему нежилой? – спросила Карина и, прежде чем поймала безжалостный взгляд мальчишки, поняла почему.
– Потому что в нем стало некому жить, – очень любезно пояснил мальчик. – Ладно, хватит топтаться, идем."
"Когда Карина попала в трилунский Город луны впервые, она вообще не заметила, как это произошло. Вторая попытка пробраться туда оказалась неудачной и непростой. А в этот раз они просто сделали шаг и очутились на площади.
Лунная тропа растаяла под человеческими ногами, обутыми в слишком теплую для местного климата обувь.
Здесь тоже, определенно, была поздняя осень, почти зима. Воздух был холоден, но очень свеж. Карина снова стянула волосы, только не в косу, а в некое подобие узла – насколько хватило резинки. Накинула на голову капюшон. Хотя от этого холода до зимнего мороза было еще очень, очень далеко.
Она была в Трилунье.
– С ума сойти! – Забыв обо всем, Карина завертела головой.
Город казался аппликацией из желтой бумаги и золотой фольги, наклеенной на темно-синий бархат неба. Дома невысокие, крыши остроконечные, кровли в изящных завитушках, над трубами – дымок. И какое необычное тут освещение! Конечно же, все дело в лунах! На этот раз полной была только одна – самая большая, оранжевая, и поэтому весь город был залит желтым светом. Из-за этой луны выглядывали дольки второй, третьей и крошечной четвертой.
