Олег Геннадьевич пояснил:
— Таковые созданы чуть не в каждом городе Приморья. Лишь три из них имеют легальный статус и утверждены русскими властями. Это Владивостокское, Хабаровское и Никольск-Уссурийское. Остальные существуют нелегально, их старшины не известны полиции и действуют бесконтрольно. Везде, где имеется китайский рынок, есть и желтая слободка. Значит, есть и такое тайное общество. Теперь внимание, господа: эти вроде как самоуправляемые и добровольные союзы подчиняются китайскому министерству земледелия, труда и торговли.
А еще — китайской разведке.
Сыщики хмыкнули — кое-что стало проясняться. Поручик продолжил:
— Три года назад чиновник особых поручений при генерал-губернаторе Казаринов случайно обнаружил подпольное Общество взаимной выгоды. Оно контролировало скупку и вывоз в Китай всей промысловой продукции в крае. В том числе пушнины и женьшеня. Манзы-отходники обязаны были продавать плоды своих трудов только через него. Строгий порядок, никакой самодеятельности. Это та самая рука китайских властей, которая управляет народом на российской территории.
Насников отхлебнул чая, заел клоповкой и возобновил рассказ:
— Все эти лавочки, как их ни назови, подчиняются специальным службам. Побратимские общества, землячества — какие угодно. Возьмем для примера Главное Владивостокское торговое общество. Именно оно платит жалованье городовым и десятникам. В его устав вписано слово «воспомоществование». Мы провели ревизию и выяснили, что общество не оказало помощь ни единому бедняку.
Зато исправно собирает взносы со своих членов, которые идут на неизвестные русским властям цели. Общество решает все гражданские споры между китайцами, поэтому они не доходят до наших судов. Еще оно обеспечивает сговоры на рынке, кредитует богатых торговцев, прижимает за счет желтой солидарности русских купцов. Там, где обосновались китайцы, нашим титам титычам делать нечего.
— Ну и черт бы с ними, с тит титычами, — ухмыльнулся Азвестопуло.
— Вы думаете? Все не так невинно. Тайные и неподвластные нашему контролю общественные организации представляют серьезную силу.
С ними приходится считаться и русскому купечеству, и русской администрации. Или вы полагаете, что у нашего правительства нет задачи помогать собственной торговле и промышленности?
— Не обращайте внимания, мой легкомысленный помощник в очередной раз ляпнул глупость, — успокоил разведчика Алексей Николаевич. — Конечно, долг власти — поддерживать своих, а не чужих. Продолжайте, пожалуйста.
