Надо было действовать быстро. Насников поехал докладывать начальству и просить его разрешения на преследование бандитов. Лыков поручил Акцинову нанять две кибитки на санном ходу. Азвестопуло взялся за вопросы снабжения. До лимана почти тысяча верст. Если делать в сутки по двести пятьдесят, можно добраться до цели в четыре дня. Все это время надо пить, есть, согреваться. Снега в Хабаровске было выше крыши, тут вам не Владивосток. Мороз по ночам достигал двадцати градусов по Цельсию. Поэтому статский советник приобрел на всех теплую одежду: меховые шапки, жилеты и башлыки из верблюжьей шерсти, ватные штаны, тулупы, рукавицы, бурочные сапоги и дахи на козьем меху, чтобы накрыться.
Закупка встала в полторы сотни. Богач Лыков оплатил все и отправился на полицейский телеграф. В Николаевск ушел экспресс с описанием примет двух бандитов и приказ ловить их на въезде в город. Сыщик уже понял, что противники бывалые, особенно главарь, и легко поймать их не получится. Но вдруг?"
"Ротмистр Фиошин, начальник контрразведывательного отделения штаба Приамурского военного округа, отпустил Насникова в погоню.
Началась изматывающая гонка по льду Амура. Они двигались днем и ночью, лишь при перемене лошадей подкрепляя силы. Один шел в авангарде, там же помещался багаж. Двое остальных ехали следом. Раз в полдня коллежский асессор и поручик менялись местами, по очереди составляя компанию статскому советнику. Это делалось «для сугреву»: два человека в кибитке надышат больше тепла, чем один. Еще в тех же целях постоянно пили водку, закусывая мерзлой колбасой.
Лошади в Приморье слабые, потому как питаются только сеном. От уссурийского овса они пьянеют, а другого нет. Поэтому приходилось запрягать цугом где пять, а где и шесть кобыл, чтобы держать высокий темп.
Лыков ехал и вспоминал «Фрегат „Паллада“» Гончарова, как тот возвращался домой по Лене в такой же кошеве. Так же ползли по обоим берегам заснеженные лиственные леса без конца и края. Прошло более полувека, а способы путешествия в Сибири почти не изменились.
Только во времена Гончарова на реке было голодно, станции не кормили путников. Теперь же дело обстояло лучше. Почтово-пассажирский тракт до Николаевска оказался хорошо разработан. Дорога была как зеркало, и по ней навстречу командированным чуть не сплошным потоком тащились обозы. Амур встал раньше времени, и суда с рыбой не успели дойти до лимана. Прогоревшие торговцы посылали санные поезда, груженные бочками, в Хабаровск, на железную дорогу.
