Невеста!
Заношу номер в черный список и откидываю голову на дверцу.
— Эй, вам там плохо? — голос незнакомой девушки вырывает меня из состояния, близкого к истерике.
Стираю слезы, с трудом разгибаю затекшие ноги.
— Нет, все нормально. Спасибо. Съела что-то, — безбожно вру, чтобы как-то выпроводить ее.
— Может, врача?
Не унимается она, и, если бы не было так больно, я бы, наверное, была благодарна. Потому что есть еще неравнодушные. Но сейчас у меня одно желание: остаться наедине со своей болью.
— Не стоит, мне уже лучше.
— Хорошо.
Звук удаляющихся шагов и долгожданная тишина.
И как мне теперь с этим жить? Ведь сердцу не объяснишь, что его теперь любить нельзя.
Покидаю временное укрытие. Бросаю взгляд в небольшое зеркало и убеждаюсь, что выгляжу сносно. Потому что покрасневшие глаза и опухший нос не могут выглядеть хорошо. Ну ничего, переживу.
Прежде чем выйти из туалета, окидываю взглядом коридор. Убеждаюсь, что никто не идет. Достаю телефон и набираю маму.
— Мам, — звучание хриплого голоса заставляет откашляться, — вы сможете меня подобрать с универа?
— А Руслан опять не может? — уточняет мама.
Я же морщусь при упоминании его имени. Непроизвольно подношу руку к груди, пытаюсь вдохнуть глубже.
— Тренировка, — выдыхаю я.
Не перестаю сканировать пространство: не хватало для полного счастья наткнуться на Руслана.
— Вов, мы сегодня Каришу подхватим? — в сторону говорит мама, пока я направляюсь к выходу.
Плевать, что еще две пары. Вот плевать. Хочу скрыться, желательно на Луне, но это вряд ли возможно воплотить.
Поэтому скроюсь в ближайшей кофейне и подожду, пока освободятся Владимир и мама.
— Кариш, — выдергивает меня голос мамы, и я вздрагиваю, — ты еще тут?
— А, да, конечно. Я слушаю.
— Я спрашиваю, когда ты освободишься?
Задумываюсь. Не хочется обманывать, но мне просто необходимо покинуть стены университета и собрать себя в кучу.
— Да я в принципе свободна. Но я подожду, если нужно будет, мам.
— Блин, нам еще пару часов тут надо будет побыть.
Давай так, я тебе сейчас кину денег. Езжай на такси, Кариш.
— Да ладно мам, я тогда на маршрутке.
— Какая маршрутка, Карин? — в голосе мамы появляется волнение.
— Так, ребенок, — голос мамы сменяется голосом Владимира, — быстро вызвала себе такси и доехала до дома без приключений. Проверю.
Хмыкаю.
— Интересно, как?
Почему-то распоряжение Владимира вызывает улыбку.
— О, поверь, тебе лучше не знать. Так что давай, не артачься. Сейчас денег перекинем.
