Челюсти его двигались, словно остальные невысказанные слова он проглотил. Но он так ничего и не добавил, так что Оливия кивнула, повернулась и зашагала вперед.
— Кажется, я нашла другую лабораторию. Чтобы закончить исследование. Ближе к нашим местам, так что в следующем году мне не придется переезжать.
Она заправила волосы за ухо и улыбнулась ему. Было что-то глубоко приятное в том, что он рядом, такой осязаемый и бесспорный. Оливия чувствовала это на каком-то первобытном, интуитивном уровне — головокружительное счастье, всегда возникавшее в его присутствии.
Внезапно ей совсем расхотелось обсуждать Тома.
— Отлично посидели. И кстати, ты был прав.
— Насчет тыквенной бурды?
— Нет, она была прекрасна. Насчет Холдена. Он действительно невыносим.
— Постепенно к нему привыкаешь, лет за десять или около того.
— Правда?
— Не, на самом деле нет.
— Бедный Холден. — Оливия издала смешок. — Кстати, не только ты помнишь.
Адам бросил на нее взгляд.
— Помню что?
— Наше знакомство. В туалете, когда я пришла на собеседование.
Оливии показалось, что он на мгновение замедлил шаг. А может, и нет. И все же в его глубоком вздохе слышалась нотка неуверенности.
— Правда?
— Ага. Просто до меня не сразу дошло, что это был ты. Почему ты ничего не сказал?
Ей было так любопытно, что происходило у Адама в голове в последние несколько дней, недель, лет. Кое-что она уже понимала, но некоторые моменты… некоторые моменты ему придется прояснить.
— Потому что ты представилась так, будто раньше мы никогда не встречались.
Оливии показалось, что он слегка покраснел. Возможно, лишь показалось. Под беззвездным небом, в слабом желтом свете фонарей трудно было сказать наверняка."
"— И я… Я думал о тебе. Несколько лет. Я и не хотел…
Вероятно, ему приходилось непросто. Они пересекались в коридорах, ходили на одни и те же конференции и семинары. Оливия об этом не задумывалась, но теперь… теперь она невольно задавалась вопросом, что думал он.
«Он годами говорил и говорил об “этой удивительной девушке”, но волновался, что вы с одного факультета», — сказал ей тогда Холден.
Оливия столько всего напридумывала. И так ошибалась.
— Знаешь, тебе незачем было лгать, — сказала она без осуждения.
Адам поправил на плече ремень ее сумки.
— Я не лгал.
— В некотором роде да. Ты умалчивал.
— Верно. Ты… — Он сжал губы. — Ты расстроена?
— Да нет. Это не такая уж и плохая ложь.
— Не плохая?
Она на мгновение прикусила ноготь большого пальца.
— Я поступала намного хуже.
