Неприятель чуть-чуть замедлился с наступлением, облепив взятый вал, и дал роте пару десятков секунд для отрыва.
Баба-ах! Взорвалась первая заминированная пушка, выбив на оставленном валу воронку до самого его основания. «Баба-ах!» — сработала, разрывая на части тела османов, вторая импровизированная мина, состоящая из орудия и пороховых зарядов.
Всю южную сторону укреплений заволокло едким дымом и поднятой вверх пылью. В рядах турок царило смятение.
Рота, воспользовавшись паузой, закреплялась в это время на северной стороне.
Стрелки спешили перезарядить свои ружья, а пионеры минировали все остальные пушки.
— Ещё заряд, ещё! Бистро, бистро! — кричал Курт, закладывая десятый мешок пороха. — Ещё три — и совсем корошо! — крикнул он Лопухову. — Всё! Забивать в ствол ядра! — и одно за другим в пушку закатили сразу несколько ядер, а сам он, вглядевшись в оправившихся и уже сбегающих с вала турок, отмерил кусок запального шнура. — Гуд! Весь, сколько остаться, пороховой припас нести к пушка! — и сам прикрепил огнепроводный шнур к пороховому бочонку.
— Это если осман на сам пушка шнур увидит и потушит, — объяснял он Лопухову. — Осман хитрый, но русский егерь должен много хитрей осман быть!
— Огонь! — рявкнул команду Егоров, и рота залпом ударила по бегущим к северному валу туркам. — Гренадами бей! — и в сторону наступающих полетели оставшиеся личные чугунные ручные снаряды.
— Уходим! Быстрее!
Под разрывы своих последних гренад егеря скатывались с валов в сторону берега.
А у заминированных пушек уже шипели подрывные запалы. «Ба-а-ах! Ба-а-ах! Ба-а-ах!» — одно за другим разрывались и взлетали в туче камней, земли, дерева, песка и металла орудия. Все шесть подрывных мин сработали, прикрыв отход русских стрелков. Рота неслась к реке, а пионеры устанавливали уже на берегу те восемь переносимых мин, что всё это время были с егерями в их ранцах.
— Командир! Турки рогатки разобрали, в проход заходит конница! — прокричал Живан, разворачивая в двадцати шагах от лодок заслонный плутонг Трифона.
"
"Турки подстраховались. Связав защитников шанцев атакой пехоты, они подвели к береговому проходу часть своей конницы, а теперь, раскидав преграду, просачивались через открытый проход уже к берегу. Сейчас их там было около сотни, но ещё минута, другая — и тогда уже сотни три османских всадников посекут заслонный плутонг и всех тех, кто не успел ещё укрыться в лодках.