— Раз, раз, раз! Пошла, родимая! — орал капрал, руководящий всей этой командой.
Егоров подбежал к стоящим особняком штаб-офицерам и, выделив в общей группе Ферзена, обратился к нему с докладом:
— Ваше высокоблагородие, особая егерская рота свою задачу выполнила. Нам необходима одна лодка для переправы на наш берег особо ценного пленного. С основным составом мы готовы поступить в ваше дальнейшее распоряжение.
— Молодцы, егеря, — похвалил поручика барон. — Господин Шипилов уже доложился про вашу поддержку в ночном бою по овладению шанцами.
Отражу это в своём рапорте. Думаешь, скоро вражеская конница подойдёт?
— Так точно, очень скоро, — выразил своё мнение Алексей. — До Гуробал тут всего ничего, скоро накатит дозор, а потом и основные их силы подлетят.
— Эх, — вздохнул подполковник. — Нам бы ещё часик здесь продержаться. Мирных жителей пришлось выводить, их бы непременно побили османы. Ладно, будет вам лодка. С ней мы переправляем вашего пленного и человек пять из конвоя. Все остальные свободные места будут под раненых, — и обернулся к командиру орловцев.
— Алексей Сергеевич, ты с егерями эти шанцы брал, вам их и защищать теперь придётся. Вон поручик утверждает, что скоро уже конницу здесь нужно ждать, а у нас ещё даже мирных на тот берег не успели переправить. Устраивай с егерями оборону!
Через несколько минут Алексей прощался с Гусевым:
— Пакет этот, Сергей, и пленного писаря лично в руки полковника фон Оффенберга передашь! Там рапорт по всему нашему поиску и кое-какие сведенья.
Всё остальное он и сам из этого языка вынет. С тобой в конвое будет Лёнька, у него знамя разбитого алая сипахов. Присмотрите за нашими ранеными. Ну да ты и так всё сам знаешь.
— Алексей, ну оставь ты меня здесь! Отправь лучше старшим какого-нибудь унтера на тот берег. Ну не могу я вас вот так просто тут оставить, — в очередной раз попросил его Гусев.
— Прапорщик Гусев, выполнять приказ! — сделал каменное лицо Егоров. — Это вам армия, а не деревенские посиделки: хочу — не хочу, буду — не буду! Да пойми ты, Серёг, — постарался он смягчить разговор, — в этом писаре весь смысл нашего выхода, его в целости и в сохранности нужно командованию доставить и объяснить там, как он важен.
Там ведь, в штабе, могут и отмахнуться, не вникнуть во всю важность его сведений, а ты-то у нас человек грамотный, пробивной, ну кто вот, как не ты, а? Да не волнуйся ты, все мы целыми из поиска вернёмся!
— Конница с юга-а! — раздался крик с валов шанцев.