— А что предстоит мне?
— Ты станешь временным вместилищем излишков моей силы и проживешь дольше, чем думаешь, — лениво ответил он и задрал голову вверх.
— В смысле?
— Языком твоего мира — батарейкой ты будешь, которую я выпью до дна, когда это тело будет готово к полному изменению.
Такая себе перспектива.
— А тебя не смущает, что мне помогают боги? В частности Муар, который меня перенес. Ты же не думаешь, что ему понравится твое вмешательство?
— Они сохранят нейтралитет, как и сохраняли его много тысяч лет назад, когда меня лишали силы.
А ведь тогда они могли вмешаться! Таковы правила равновесия. В открытую никто из них мне противостоять сейчас не имеет права.
Я замерла на месте, вдруг ощутив родственную магию. Швабра была где-то поблизости. Очень близко я бы сказала! Но сколько бы я не оглядывалась, ее не находила.
— Посмотри на небо, Дана.
Я задрала голову и застыла. У меня перехватило дыхание от открывшейся картины. Ночным небо быть перестало. Оно и раньше не сильно темно было, но сейчас… От яркой точки расходились волны золотистого и голубого цвета, они опутывали небо словно паутиной.
— Антарес и есть эта точка. — Будто прочитав мои мысли, произнес негодяй. — Они слились с ларинь, что мне и требовалось. А знаешь, что он пытается сделать?
— Залатать дырку в мирозданье и не пустить монстров на Крайнес. — Хрипло ответила ему.
— Дырку? — каркающе рассмеялся собеседник. — Девочка, эта дыра размером с материк Марен.
— Зачем? — только и выдохнула. — Ты ведь хотел только вернуть свою силу.
Зачем уничтожать мир?
— Он и не будет уничтожен, но позже я избавлюсь от всех паразитов, его населяющих. Ты была права, я люблю пустынные пейзажи.
— Тогда ты просто выматываешь Антареса?
— Ты невнимательно слушала, мне было нужно его слияние с твоей ларинь. Угадаешь для чего?
— Нет, мой ум не постигает твою логику.
И я говорила предельно честно. Я вообще перестала что-либо понимать. Живой я этому Аржи не нужна. Как и наследник ему не нужен. Вечность он мне обещал. И видимо, не лгал.
Просто вечность для меня будет в той форме, которая ему удобна — батарейка.
И повелителем он быть не хочет. Но тогда какой толк от его божественной силы? Если по факту, ему не интересна жизнь. Он не хочет ее ни создавать, ни наблюдать за тем, как развиваются его творения. Тогда для чего он так стремится вернуть свою власть и свой дар, однажды у него отнятый? Отомстить? Ну так всем богам все равно не отомстит. Они сплотятся и снова его заточат куда-нибудь.
