А когда разберусь с магией и разбогатею — можно и личную жизнь попробовать организовать.
И тут воображение неожиданно подкинуло образ герцога — его статную фигуру, обаятельную улыбку, твёрдый подбородок, чуть прищуренные глаза. Хорош, зараза!
Я натянула одеяло до подбородка, принудительно поджимая губы и хмуря брови — а то уже прямо расцвела вся. Позор!
Но, как ни крути, надо признаться, что я хочу, чтобы мой новый муж, которого я выберу сама, был похож на этого — с которым разведусь.
Глава 9
Доменик Карада
— Доменик, дорогой! Где же ты вечно пропадаешь, когда должен быть дома? — излишне театрально воскликнула мать, стоило мне переступить порог гостиной.
Она вскочила с бархатного дивана, откинув в сторону модный журнал с фасонами платьев и сплетнями о жизни столичной верхушки, и бросилась ко мне, чтобы обозначить два светских поцелуя воздуха у моих щёк. Её духи — тяжёлые и слишком сладкие — на мгновение окутали меня, заставив дышать ртом.
— Что-то случилось?"
"Я исполнил положенные ритуалы — обозначил два чмока у её ушей — и только потом сделал шаг назад.
Мать к таким вещам относилась серьёзно и проела бы мне плешь, если бы сочла моё поведение лишённым герцогского лоска.
— Почти непоправимое! — убито выдохнула родительница, драматически прижимая кружевной платок к сухим глазам.
Я нахмурился.
— Матушка переживает из-за того, что её высочество тебя не застала, — поспешила успокоить меня Камилла, не поднимая глаз от книги, которую держала в тонких пальцах.
Старшая из моих сестёр-двойняшек отличалась серьёзностью, образованностью и исключительно дельными замечаниями.
Говорила она мало и тихо, поэтому выводы я сделал моментально. Раз Ками упомянула визит принцессы, значит матушка имела с ней разговор и теперь начнёт меня сватать. Но это ерунда. Я благодарно кивнул сестре, и напряжение немного спало.
— Разве это причина для переживаний? — спросил у матери, скептически приподняв бровь.
Она округлила глаза, её искусно удлинённые магией ресницы трепетали от возмущения.
— Ну конечно! Айверен в активном поиске мужа, именно поэтому она и явилась в Карад.
А ты своими вечными разъездами её подтолкнёшь к другому! Немедленно езжай к ней и проси прощения! — заявила вдовствующая герцогиня, топнув ножкой в изящной туфельке от известного кутюрье.
Иногда она забывала, что мне двадцать восемь и я вхожу в Пятёрку Сильнейших — орден, поддерживающий существующий на Верне порядок и страхующий императора. Каждый из нас крепко держит в своих руках одну реликвию.
