Главное, дружище, их жизни менее ценные для меня, чем твоя, понятно? Если возникнет ситуация, гаси их наглухо, хрен с ними, но сам чтобы жив остался.
– Я понял, командир!
– Да не командир я тебе, – выругался я, – сколько еще повторять?
Убежали мы с Иваном легко. Дождя давно нет, подсохла земля немного и бежать было вполне себе легко. Я Бортнику еще и показал, как дышать, прямо на ходу, чтобы не сбить дыхалку.
Миновав небольшое поле, обошли стороной холм, а вот за ним, по приказу Ивана, упали на землю и поползли. Господи, я уже в этом времени столько на брюхе отпахал, что меня червем называть можно.
А сколько еще придется так ползать…
– Вон они, только что-то мотоциклов много… – шепнул мне товарищ, когда мы подкрались на пистолетный выстрел. Фрицы были на обочине лесной дороги, а мы в самом лесу. Видно их было очень хорошо, я с ходу разглядел, что они уже прилично пьяны.
– Это не смена, – заметил я, – те бы просто поменяли этих алкашей и отправили отсюда. Наверное, мимо ехали. Ты, кстати, не понаблюдал, движение здесь как?
– Виноват, старшой, сразу дернул к тебе, – виновато закусив губу, ответил друг.
– Тогда, – я сделал вывод, – понаблюдаем немного. Вдруг новенькие уедут, нам же проще будет.
Смотреть за фашистами пришлось почти час. Наконец друзья этих пьяниц наболтались и уселись на мотоциклы. Это были два одиночных байка. То ли посыльные, то ли дозор подвижной. Теперь не важно. Главное, расставались они вроде мирно, может друзья. За все время их болтовни мимо не проехала ни одна машина или мотоцикл.
Заходить решили с разных сторон, а чтобы не перестрелять друг дружку, не будем сидеть на одной линии. Ваня справа, я слева, приготовив оружие, двинули к посту. В броневике была открыта дверь и наружу торчали ноги."
"«В отрубе, наверное», – подумал я. Мотоциклисты продолжали сидеть на обочине, правда, уже не пили, в карты играли. В последний момент я решил сменить оружие. Пистолет почище будет, а нам все пригодится, любые трофеи, так что портить жалко. У меня был немецкий «вальтер», хорошая машинка, жаль, патронов в магазине мало, а у офицеров нашлось лишь по одной запасной обойме.
Вот был у меня «браунинг», вот где патронов-то хватало.
Первым огонь открыл Иван, а мне так даже и лучше было. Немцы, едва загрохал автомат, подскочили так, словно бы и не пили вовсе. Вскочивших, а их было четверо, я одного за другим убрал. Ваня добил оставшихся. Больше всего удивления вызвало то, что спящий внутри бэтээра так и не вылез из своего железного гроба.
