– Я ведь говорила, что будет лучше, если я не стану носить его каждый день. Я говорила, что боюсь его потерять.
– Оно, что, было тебе велико? – допрашивал он. – Сползало с пальца? Нет, я проверял, оно было тебе в самый раз.
Он был прав, кольцо было мне в самый раз. Даже напротив, оно было чуть-чуть, едва заметно мало, перетягивало фалангу среднего пальца, заставляя меня его прокручивать, пытаясь сбавить это небольшое, но навязчивое давление.
– Оно мне было в самый раз, – согласилась я.
– Тогда как ты его потеряла? Скажи мне как?
– Но откуда же я могу знать! – пробормотала я заранее заготовленную фразу.
Я не очень хорошая актриса, но ведь и роль у меня так себе. Эпизодическая.
– Ты обязана знать! – проговорил он громче.
Я с трудом подавила злую улыбку. О да, я знала. Я отлично все знала – что нужно сделать, чтобы подбросить дров в печь, которая и так полыхает на пределе, и огонь выбивается из щелей, норовит перепрыгнуть на сухие стены и пол.
– А я ничего не знаю, – отчеканила я.
– Может быть, ты вообще его не брала с собой? Может быть, оно так и лежит где-то тут, дома? – с надеждой вдруг бросил он и оглянулся.
Нет, дорогой. Уж если я решила сделать что-то, считая, что это правильно и необходимо, я сделаю это обязательно. Я способна на все. Конечно, я знала, где лежит кольцо – на дне Москвы-реки. Совсем как кольцо всевластия. Несколько веков оно пролежит там, храня свою злую силу, пока какой-нибудь хоббит не выловит его с илистого дна реки – в Средиземье, напротив парка Горького.
– Не думаю, – покачала головой я. – Я отлично помню, как ты положил мне на кровать брюки, блузку, помаду, тренч и кольцо. Я все сделала, как ты хотел, все надела и пошла в университет. Как очень послушная девочка. Кстати, преподаватель по экономическому анализу сказала, что в этом костюме я выгляжу просто чудесно, что мне просто очень идет.
Я говорила спокойно, без эмоций, как робот. Как степфордская жена, готовящаяся к утреннему раннему «бранчу». День моей свадьбы.
Телефон зазвонил, но Дмитрий не стал отвечать.
Он пристально посмотрел на меня, и я вдруг похолодела. Он все понял. Конечно, он все понял.
Разве ты не этого хотела вчера, когда стаскивала с пальца кольцо?
– Значит, ты так ставишь вопрос? – переспросил он.
Я хотела крикнуть, что – да, именно так. Кольцо подалось с трудом, пришлось повозиться, к вечеру палец чуть-чуть отек, и пришлось дернуть до боли. Потом я положила кольцо на ладонь, где был написан Митькин телефон.
