Управляет страхами, браслеты не удержат. Снимите с нее амулеты...
Я по-прежнему не мог поверить, что моя маленькая сестра поставила опытную ведьму на колени. Пусть случайно, неосознанно. Но глядя на бездыханное тело в руках Гранта, я подскочил и бросился к сестре, совершенно забыв обо всем.
— Все в порядке, просто источник истощился, — немного ошарашенно пробормотал Грант, продолжая разглядывать Эйлу у себя на руках.
Будто видел впервые. Да и я тоже.
— Что она сделала? — выдохнул и потряс головой в попытке прогнать остатки ужасных видений из мыслей.
— Заставила кровь нашей мисс кипеть, — процедил Даниэль, затем схватил немного оглушенную ведьму за волосы и оттянул голову назад. — Где леди Сент-Клер?!
Пандейка сплюнула на пол, сказала что-то на родном языке, и на губах расцвела кровавая улыбка. Ее товарищей констебли безуспешно пытались разговорить, но мужчины оказались обычными марионетками. Куклами без души, которые слепо подчинялись указке того, кому доверили держать поводок. Именно таких создавал Николя Бонри: армия послушных, живых зомби, готовых убивать за своего господина и умирать на поле боя.
— Бесполезно, они ничего не скажут, — разочарованно пробормотал Грант. Эйла на его руках застонала, и ее ресницы затрепетали.
Запоздалая ярость вперемежку с истерикой внезапно забурлили в венах. Решительным шагом я преодолел короткое расстояние, резанув ладонью по воздуху, когда меня попытались задержать. Нескольких мужчин с герцогом отбросило к столам вместе с теми, кого они успели арестовать.
— Знаете, я раньше никогда не бил женщин, — прошипел я с такой ненавистью глядя на ведьму, что уловил удивление в темных зрачках. — Но ведь вас и дамой не назвать. Обычный отброс общества, даже не человек.
Воздушная петля обхватила горло прямо по следу, который остался от лески. Пандейку подбросило вверх, ноги оторвались от пола, и она начала задыхаться. Извиваясь, ведьма судорожно хватала ртом воздух, а я продолжал сжимать пальцы.
Выдавить из нее каждую каплю жизненной силы, разорвать на части.
Меня до сих пор потряхивало после видения. Почти наяву я слышал жестокий голос Амалии, твердящий мне беспрестанно: «Это твоя вина». Картинка казалась настолько реальной, что, будучи в том коконе тьмы, я в нее поверил.
— Терлак, остановись, — предупреждающе начал Даниэль и поднялся. Позади послышался шорох.
— Говори, — выдавил я из себя. Глаза ведьмы закатились, она почти перестала дышать. — Сейчас же! — проорал в попытке дозваться до угасающего разума.
