Еще немного и развернулась бы настоящая потасовка. МакДональд поднимался для драки, я призвал источник. Однако все закончилось также быстро, как началось. Через маленькую дверь позади судей проник высокий, молодой секретарь сэра Пера. Он склонился к его уху и что-то зашептал. Парсеваль нахмурился, несколько раз кивнув.
— Господа, давайте успокоимся и поговорим, — попытался урезонить бунтовщиков Грант.
— Проклятые пикси, неужели это собрание никогда не закончится, — услышал я Бэзила.
— Отойди, Колин. Я хочу поправить нос Андерсона в другую стороны, — хрустнул кулаками МакДональд и недобро покосился на побледневшего Дэвида, который попытался спрятаться за Блэром.
— Тишина-а! — опять застучал молоточек.
Драки не случилось, а вот судья страшно разозлился. Оглядев нас, он остановился на мне и недобро прищурился. Я сразу понял, что оскорбление Каннингема — плохая идея. Хоть и не жалел об этом.
Судья выпрямился, пригладил черную мантию и процедил:
— На вас всех наложен штраф в размере ста шилги. А вам, лэрд МакГиннес, отдельное предупреждение, — я втянул носом воздух.
— Двести шилги за спор с судом и саботаж. В следующий раз вас просто отстранят от собраний. Понятно?
— Да, уважаемый сэр, — я сцепил зубы, чтобы не выругаться.
— Ваше прошение будет рассмотрено собранием через несколько недель. Будем надеяться, что к тому времени вы выучите правила поведения, — сэр Парсеваль развернулся и мантия белым крылом взметнулась вверх на прощание.
Дрыгловы шмыги, все очень плохо!
Глава 47
Терлак МакГиннес
Маленький лепрекон протянул руку и тоненьким голоском оповестил меня:
— С вас двести шилге, лэрд МакГиннес.
Темно-коричневая шапка волос была зачесана назад, а новенький серый костюмчик как бы намекал на высокое положение нелюдя среди его товарищей. У него и взгляд казался другим, немного надменным. Два брауни, что чистили пол в кабинете, недовольно заворчали и поплевали на тряпки от показного высокомерия.
Поразительно, что судья назначил казначеем лепрекона, но при этом не слишком обрадовался идее дать права этим существам.
Удобно устроился. И лэрды не возмущены, и вроде как показал всем пример толерантности. Что важно в свете последних событий, когда король озаботился проблемами дискриминации. Теперь никто не мог придраться к судье и обвинить в принижении ущемленных.
— Проклятие, — процедил я и прикинул, есть ли у меня такая сумма при себе."
"Дыра в кармане увеличивалась на глазах, а наложенный штраф ощутимым бременем лег на плечи.
