Мы въехали на территорию какой-то заброшенной базы или склада, в темноте было не разглядеть. Костя припарковался у полуразрушенной входной группы, взял из бардачка свой охотничий фонарь, и мы покинули машину.
После свежего, слегка морозного ночного воздуха сырая затхлость внутри помещения противно била в нос. Мы преодолели несколько длинных коридоров по кромешной тьме, разрезаемой только лучом света от Костиного фонаря, прежде чем нас встретили его люди, которые держали здесь пленников.
Один из них открыл нам дверь в их камеру. Это была небольшая обшарпанная комнатка без окон, по периметру которой комьями валялась сухая солома. Электричества, как оказалось, здесь в принципе не было. Свет исходил от двух старых керосиновых ламп, прикрепленных к стене.
Две жалкие фигуры стояли в центре комнаты на коленях, со связанными сзади руками. В полумраке было плохо видно их мерзкие рожи, но я и не горел желанием разглядеть их лучше.
Один из Костиных парней принес и поставил для меня стул, который я перевернул спинкой вперед и сел, растирая пальми одной руки сразу оба своих виска.
Головная боль усиливалась и становилась невыносимой.
— Кто бы вы ни были, — по барабанным перепонкам ударил до тошноты противный блеющий голос. — Умоляю, отпустите нас! У меня семья, дети…
— Заткнись, — глухо прорычал из-за моей спины Костя. — И не смей открывать свою пасть, пока тебе не позволят.
— Семья и дети, говоришь? — с презрением произнес в сторону подавшего голос ублюдка.
"
"— Да, две дочери у меня, — торопливо, задыхаясь, забубнила мразь. — Их надо кормить, жена одна не спра…
— А как ты смотришь на то, сука, что я дочерей твоих трахну после того, как ты сдохнешь? — процедил сквозь зубы, не дав ему закончить фразу. — А потом отдам своим ребятам, пусть тоже развлекутся? Что скажешь, мразь?
В комнате на мгновение повисла тишина, потом послышались хлюпающие звуки, и мерзкий блеющий голос снова заголосил:
— Простите меня, прошу вас! Не убивайте! Я же ничего плохого ей не сделал! Она сама была не против! Я только чуть-чуть поуговаривал!
Костя резко вышел из-за моей спины и пнул ублюдка по лицу так, что тот заорал и меленно завалился на бок.
Один из его парней тут же подошел и, схватив за шкварник, снова поставил эту мразь на колени.
— Чуть-чуть поуговаривал? — наклонившись к нему, процедил друг.
