Я беременна. И у меня болит низ живота.
* * *Не прошло и часа, он примчался ко мне, как грёбанный реактивный истребитель. Как только я открыла дверь, то тут же утонула в сильных объятиях любимого мужчины. Этот запах, это тепло… Подействовали на меня даже лучше тройной дозы успокоительных.
– Прости, прости, прости. Какой же я кретин, – с невыносимой жадностью он целовал мои щёки, шею, руки, обнимал… и снова целовал. Я задыхалась от этих мощных чувств, от жара его красивого тела и полностью тонула в этом человеке, как в наркотике.
– Ударил. Вот ведь старый осёл! Клянусь, я не хотел. Милая моя девочка, такого больше не повторится. Сопляк! Он нарочно выбил меня из колеи, не позволил кончить! Да ещё и эти проблемы на работе. Ты ведь понимаешь? Рыбка моя! Моя любимая малышка! Как же я скучал. Места себе не находил. Уже собрался звонить ребятам, чтобы искали.
Душил меня своим ароматным дыханием, сжимал в жарких тисках, я не могла больше сопротивляться. Рома снова победил. Он говорил так убедительно.
Моё тело нуждалось в нём, а сердце стало биться в сотню раз сильнее. Я снова попробовала этот проклятый наркотик и унеслась вверх по радуге к розовому замку из сладких облаков, стоило лишь Царёву едва-едва меня коснуться и назвать ласковым прозвищем, «девочкой или «зайкой».
Проводив мужчину на кухню, я сделала ему кофе. Себе – чай. А потом, немного успокоившись, села напротив него и сказала:
– Ром, я… беременна. Что мы будем делать?"
"Если честно, миллионер не особо удивился.
Я думала, он тут же меня придушит, а труп выбросит в море. Но нет же. Его ответ меня приятно ошарашил:
– Рожать, конечно, – грозно заявил босс, сделав глоток дымящегося кофе. – Никаких абортов. Это убийство. Мы справимся. Я ведь люблю тебя, Конфетка. А Артём, он чёртов бабник. Он молодой тюфяк. Он на год тебя младше. Он девок меняет как перчатки. Верь мне. А у нас с тобой всё серьёзно. Я уйду от жены. Клянусь. Проверну кое-какое дело и уйду. Я до сих пор с ней только из-за детей цацкаюсь и из-за этого долбанного контракта.
Но дети уже взрослые. Так что… Потерпи. Я придумаю способ, как сохранить компанию. Найду лазейки. Найду опытных юристов, которые хоть половину наследства смогут мне отписать. Ведь старый хрыч завещал ей всё. Развод – и я пустое место. Понимаешь? Я ведь полжизни отдал компании. В двадцать лет начал на него пахать, – повторил он мне то же самое, что и несколько дней назад, якобы напомнил.
– Хорошо.
