Однако на генеральной репетиции супер-краска потекла, измазав костюмы других исполнителей. Спасла положение художник Анна Нежная. За сутки до премьеры мне успели сшить комбинезон из тончайшей сетки синего цвета. Я больше не волновался, что могу «смыться».
25 октября 2005 года «Синий бог» с большим успехом прошел в Москве. На гастролях в Париже и Лондоне его встречали на ура, так же, как и по всей России. Но критики г. Москвы и Московской области бесновались, ругая почему-то именно меня изо всех сил. О такой реакции я предупреждал Андриса сразу, еще до начала работы, спасибо, что он не передумал тогда.
Однако, как бывало со мной из раза в раз, катастрофа постигла не «Синего бога», а «критическую мысль». Зритель бил мастеров «пера и зубила» рублем, их мнение было туалетной бумагой, которую им самим и полагалось использовать по назначению.
Приняв участие в юбилее М. Плисецкой на сцене Кремлевского дворца, где в одном гала встретились самые разные номера, от лаосских монахов с барабанами до Grand pas из «Дон Кихота», в котором я по просьбе Майи Михайловны танцевал почему-то вариацию Солора из «Баядерки», я позвонил Р.
Пети. Меня ждала его «Кармен. Соло», вернее я ее ждал.
39
27 января 2006 года я должен был оказаться в США в Оранж Каунти, где продюсер С. Данилян готовил премьеру «King of the Dance» – «Короли танца». Идея, подобная всемирно известному оперному проекту «Три тенора» с П. Доминго, Л. Паваротти, Х. Каррерасом, принадлежала танцовщикам А. Корелле и И. Стифелу. Обсуждая кандидатуры артистов из России, ребята выбрали меня – они умели считать деньги.
В I акте мы вчетвером: я, датчанин Йохан Кобборг, испанец Анхель Корелла и американец Итан Стифел, должны были исполнить новый одноактный балет английского хореографа К. Уилдона «For 4» на музыку Ф. Шуберта. В проект приглашали и француза Николя Ле Риша, но его, кажется, не отпустила Парижская опера, и итальянца Роберто Болле, но тот выступал на Открытии Олимпиады в Турине.
Во II акте планировался балет «Юноша и Смерть» Р.
Пети, который мы в течение четырех дней должны были танцевать по очереди. Данилян, проявив лояльность, дал нам, артистам, самостоятельно установить очередность бенефисов. Я предложил танцевать согласно возрасту. Нет, возразили мне, по алфавиту. Я не противился, получив благодаря «Т», Tsiskaridze, самый «козырный», заключительный бенефис.
В III акте каждый из «королей» должен был исполнить какой-то новый номер, балетмейстер выбирался по его желанию.
