— Хорошее место, — огляделся Брайн, — волку трудно будет учуять наш запах и обзор хороший.
Охотник опустился на колени и пригнулся к траве. Издал горловой протяжный звук, медленно выпрямляя спину и задирая вверх голову. Я, как завороженная, смотрела на Брайна, имитирующего волчий вой. Призывный, раскатистый. Была во всем этом какая-то неправильность, такой Брайн меня пугал. Он будто превращался в зверя. Оскалил зубы, растопырил пальцы на руках, словно готовясь к прыжку. Охотники замерли, растянувшись в высокой траве, обозревая окрестности.
Прислушивались. Но лишь легкий шелест листвы в ответ. Брайн повторял снова и снова. Наполнял воздух протяжным воем. Жалобным и одиноким. Но все напрасно.
Наступили сумерки, любимое время волков. Все понимали, больше ждать не имеет смысла, отклика не было. Да и надвигалась ночь и всем хотелось до темоты перебраться на другой берег.
— Надо возвращаться к лодке, — выдохнул Брайн. Сощурив глаза, вглядывался в чащу леса. — Завтра вернемся, спустимся вниз по реке.
— Здесь зверя точно нет, — откликнулся один из охотников.
— Не уверен. Такое чувство, что он играет с нами, — Брайн закинул на плечи походный мешок и мы цепочкой потянулись в сторону реки.
— Как думаешь, Аделия, может стоит опять напугать тебя? — Проговорил тихонько Брайн, оборачиваясь ко мне.
— А без этого ты его выследить не в силах? — Раздраженно ответила я.
— Так быстрее и надежнее… если это конечно он, — долетел до меня голос охотника. Я чувствовала в нем усталость и недовольство.
— Боюсь, это может плохо закончиться, может кто-то пострадать, — я пыталась сохранить спокойствие в голосе, но сама идея меня приводила в ужас.
Брайн остановился. Схватил меня за руку, велев остальным охотникам идти вперед.
— Ты разве не чувствуешь? Мне кажется он рядом, следит за нами… — мужчина прижал меня к себе, вглядываясь в лицо.
— Не знаю. Я так устала, что даже ног не чувствую, — я попыталась освободится, ощущая, как усиливается зажим его пальцев вокруг моей кисти.
— А ты попробуй, позови его.
Вы же, истинные, так умеете. Я видел, как ты вчера у реки шептала его имя. И он ответил. Ты не можешь этого не признать.
— Я пыталась сегодня, ничего не вышло. Брайн, отпусти мою руку, мне больно, — я затрепыхалась в его объятьях, ощущая горячее дыхание на своей щеке.
— Аделия, мне обещали много денег за его поимку. Но иногда я ловлю себя на мысли о желании украсть тебя, увезти, запереть в своем доме. Убить оборотня. Сделать тебя свободной.
