Пусть лето и подходило к концу, до настоящих осенних холодов было еще очень долго.
— Да, через несколько дней, — и повернувшись ко мне, объяснил, — здесь опасно оставаться. Будет война.
— Что ты такое говоришь, я не верю.
— Не замечаешь изменений?
Я в ответ пожала плечами. Слишком долго я не покидала пределов виллы, чтобы иметь возможность чем-то обеспокоиться, или набраться сплетен.
— Ярмарка в этом году не такая обширная, как раньше. Часть торговых рядов так и осталась не заполненной, — стал перечислять Брайн, — многие торговцы не стали рисковать и отправились дальше, миновав Лотариннию.
Сейчас многие уезжают дальше на север, не дожидаясь окончания сезона. Подумай над этим, Аделия.
— Неужели так все серьезно? — Мой голос дрогнул, а доносящаяся веселая музыка и смех стали вдруг не уместны.
— Мне рассказывали, что были попытки варгов прорваться через пограничные гарнизоны. Так, проба силы, поиск слабых мест. Поверь мне, они прорвутся. Может случится так, что однажды ты проснешься, а вся долина будет наводнена врагами.
Лучше в тот момент тебе встретить утро в другом месте, подальше отсюда.
— Ты пугаешь меня, — мой голос предательски задрожал, — признайся, что просто пошутил.
— К сожалению, нет. — Во взгляде Брайна, брошенного на меня, сквозила грусть. — Как же они тогда могут веселиться … раз ходят слухи, неужели не понимают… — я посмотрела на безмятежные лица людей вокруг, переводила взгляд на серьезное лицо Брайна, не могла принять его слова, предупреждения…
— Лотаринния всегда живет в ожидании войны, они рождаются с этой мыслью, зная, что в любую минуту нужно отбросить мотыгу и взяться за меч… Этот край лакомый кусочек, залитый кровью множества битв…
Я вдруг почувствовала ужасную усталость.
Краски праздника померкли в моих глазах, а веселый гул голосов и громкая музыка стали раздражать, показавшись неуместными.
— Проводи меня домой, — попросила я Брайна.
— А как же танцы до утра… — Брайн, прищурившись, посмотрел на меня, — я напугал тебя? Не надо было мне заводить этот разговор…
Я ничего не ответила.
Встала из-за стола, с явным намерением покинуть это место. Брайн не возражал и не уговаривал остаться. Почувствовал мое изменившееся настроение.
На пороге дома Брайн отпустил мою руку и произнес негромко, но уверенно, заглядывая в глаза:
— У тебя есть время подумать, с кем ты хочешь остаться. С волком или человеком.
— Ты все еще хочешь заполучить его? Твой лучший трофей?
— Уже слишком поздно.
