Мое плечо совсем рядом с плечом Ала. Он сидит вполоборота, теплые глаза изучают меня, и я почти тону в них. – На самом деле, не стоило…
Не стоило. Я сама могла бы дойти до столовой. И сказать об этом – совершенно естественно, мне ведь не хочется, чтобы Альнар думал, что я не в силах проделать двести шагов? Но я вдруг вижу, как он хмурится. Ему что, действительно неприятно?
– Мне несложно, Келли.
– Да, конечно. Спасибо, – бормочу я снова.
И быстро прикладываюсь к соку.
– Я просто имела в виду… Глория, надеюсь, не против?
Кажется, это вопрос чуть лучше.
– Не знаю.
– Как у вас прошел тест? А тренировка?
Альнар рассказывает – причем, казалось бы, у них все замечательно, но он не делает на этом акцент. То ли щадя мои чувства, то ли по другой причине. Мне нравится, когда он говорит, тем более что Глории в его рассказах почти нет. Ал – такой же огневик, как и я, и мы обсуждаем пушки, способы борьбы с ними и даже как сложно отмывать краску. Вспоминаем забавные случаи из прошлых лет.
А потом его лицо вновь становится серьезнее.
– Послушай. Насчет Рейма… – Он морщится, словно хотел подвести разговор к этому раньше, но лишь теперь собрался с силами. – Я плохо относился к нему всегда. Но сейчас у меня есть причины думать о нем еще хуже.
Замираю. Выныриваю из приятного мирка, в который успела погрузиться. Что он имеет в виду? Отношения этих двоих действительно какие-то странные. Мне не кажется.
– Что произошло между ним, тобой и Глорией? – спрашиваю настороженно.
– Я не знаю подробностей. Знаю, что ее родители разорвали их помолвку из-за какого-то его проступка.
Достаточно опасного, чтобы забыть про связи и прочие преимущества, которые можно получить, породнившись с Реймами.
Звучит плохо. И неожиданно. Рейм натворил что-то еще хуже, чем обычно?
Он сказал, что их с Глорией родители поссорились, – под заклятьем правды, и это единственный повод вспомнить его слова, – но не сказал, из-за чего.
Уж не поэтому ли он знал, что Альнар будет за меня беспокоиться больше обычного?
Я пытаюсь все это переварить.
Как-то взвесить. Разумеется, новости мне не нравятся, даже несмотря на заботу Ала.
– Прости, – поднимает руки тот. – Я не хотел добавлять тебе тревог. Может, мне просто слишком сложно принять, что это ты рядом с ним. Ну, потому что…
Он не договаривает. Уголки его губ замирают. Я чувствую, как рациональные мысли вновь сгорают и как начинает колотиться сердце.
– Мне тоже сложно представить тебя и Глорию рядом.
Альнар слабо улыбается, глядя мне в глаза.
