– Я пошел к тебе, думая, что ты поможешь мне, я помогу тебе, все будет просто. Но я не могу представлять, как тебя трогает Тео. Не могу знать, что ты была рядом, прижималась ко мне, могла стать моей, – и оставить тебя в покое.
Кошмарно изящные пальцы бегут выше – по голому плечу, по ключице, касаются моего лица. Я чувствую их на щеке, но никак не сопротивляюсь. Потому что у меня пустота в голове, ураган в груди и абсолютно сухо во рту.
Рука проскальзывает мне в волосы.
– Ты не замена Глории. С ней мне было удобно, а ты что-то вроде моей болезни, Келли.
Я смыкаю дрожащие пальцы на его ладони. Может, пытаюсь остановить. Может, хотя бы найти немного силы. Он не может такого говорить – я не хочу, чтобы он говорил мне подобные вещи. Они что-то во мне убивают. Выворачивают наизнанку. Обнажают и делают меня беззащитной."
"Для его прикосновений. Для тех чувств, которые рушат мою привычную жизнь.
Наша вражда – на нее ведь всегда можно было положиться, опереться в трудный час. Она сделала меня сильнее.
Лучше. Он сделал.
– Я начинаю думать, что едва тебя знаю, – шепчу я.
И это все, на что мне хватает голоса, откровенности в словах. А затем я трогаю его лицо – сама, как в бреду.
Подаюсь вперед.
И мы впиваемся друг другу в губы. Быстро, страстно и так яростно, что у меня вспыхивают круги перед закрытыми глазами. Я тону в незнакомом огне, когда рука обхватывает мой затылок. Его дыхание врывается мне в рот – горячее и немного сладкое, будто янтарное вино еще осталось на самоуверенных губах, которые в этот раз совсем не сдержанны.
Они словно пытаются забрать меня всю, и я борюсь с ними.
Прихватываю их снова, напрочь забыв о том, что не должна.
Забыв, что толком не умею целоваться.
Мне хочется отомстить ему еще разок: за то, что он находил больше удовольствия в нашей битве, чем я. За то, что он прав: несмотря на все запреты, мне безумно нравится то, что происходит сейчас.
Потребность, которая меня захватывает, почти пугает. Я не знаю, что хочу с ним сделать.
Оставить метки ногтей на его шее. Вжаться в его тело, потому что воспоминания о подтянутом торсе маячат перед глазами. Разорвать его рубашку, почувствовать тугие мышцы под подушечками пальцев. Я вдруг безумно пьяна от этого чувства: от того, что его руки, плечи, все тело отзываются на малейшее прикосновение.
Его эмоции – у меня на ладони. А они действительно всегда меня привлекали.
Так не должно быть – я повторяю себе это, раз за разом.
