Остальные – еще маленькие и находятся в разных детдомах и интернатах.
– Господи, какой кошмар! – вздохнула Светка. – А что же их всеобщая мать…"
"– Их всеобщая мать сейчас почти постоянно находится в психиатрической лечебнице. Психические нарушения у Егора – наследственные. Его мать – не алкоголичка и не наркоманка. Просто, так же как и он, она периодически «отключается». И тогда ей все по барабану – даже собственные дети. Какая-то сложная органическая патология коры, по всей видимости.
Во «включенном» состоянии она ходила на работу (служила уборщицей в больнице), стирала, готовила, читала детям сказки и даже устраивала детские праздники. И зачинала следующих детей…
– От кого?
– Это ей было, как я понимаю, глубоко безразлично. Главное, чтоб человек был ласковый, и по-доброму к ней и к детям относился. По словам Владимира, только Егор помнит около двух десятков сменяющих друг друга «пап».
Представь, был даже один негр! И теперь среди братьев Егора есть очаровательный мулатик. Егор явно выделяет его, потому что он здоров, сообразителен, пластичен и хорошо поет. Впрочем, монголоиды среди Егоровой родни, насколько я поняла, тоже имеются. Есть сестричка-китаяночка…
– С ума сойти! И никто, ничего…
– В перестройку, насколько я понимаю, никому не было дела до этой очаровательной семейки. Уже потом, во время очередного мамашкиного «отключения», когда скончался от какой-то инфекции девятимесячный младенец, а младшие дети чуть не перемерли от голода, соседи начали вызывать всех подряд и писать во все инстанции.
Это возымело какое-то действие. Мамашу госпитализировали, лишили родительских прав, кажется, стерилизовали, а детей распределили по домам малюток, интернатам и так далее. Кого-то одного, кажется, сразу усыновили и увезли за Уральский хребет – забыла спросить, какая у него была этническая принадлежность… В общем, Егор всех их знает, помнит и периодически навещает…
– Вот удивительно, – задумчиво сказала Света.
– Ты только задумайся, Анджа. Ведь множество людей слышало эту историю, которую ты мне только что рассказала, и все наверняка осуждали эту больную женщину, которая… ну дальше все понятно. За дело, в общем-то осуждали, тут спорить не с чем.
