Как раз хотел поговорить с тобой об этом. Нельзя ли его чем-нибудь занять? Я много времени провожу с коллегами, нашел трех старых друзей, двух университетских и одного, представляешь?! – еще школьного. Встречаюсь с ними, они обещали еще кое-кого в ближайшее время отыскать. Часто сижу в БАНе, в зале редких книг и рукописей… А он мается от безделья. Нельзя ли найти ему какое-нибудь дело?"
"– Именно дело? – удивилась Анжелика. – По-моему, в Питере для молодого человека есть, что посмотреть, есть, чем развлечься…
– Проблема в том, что Кай не умеет развлекаться.
Так же, впрочем, как и я сам. Поэтому я не смог научить его. Смотреть он, разумеется, умеет, но из-за особенностей биографии видит не то и не так. Поэтому осмотр традиционных питерских достопримечательностей для него тоже практически лишен смысла… Антонина по моей просьбе пыталась что-то ему показывать, но, кажется, между Каем и этим ее Виталиком не возникло взаимной симпатии. А он везде таскается за ними следом…
– Я его понимаю. Твой Кай все-таки очень экзотичный, и Виталик вполне закономерно опасается… К тому же Кешка и Антонина давно знакомы… А что, там, в Мексике у него не было… девушки, подруги, возлюбленной?
– Не могу тебе точно сказать.
Видишь ли, так с самого начала повелось, что мы с Каем не очень-то лезем в личную жизнь друг друга. Мексиканки очень темпераментны и любвеобильны, а Кай – совершенно нормальный молодой мужчина, совершенно нормально интересующийся женщинами. Так что что-то наверняка было, но вот чтобы что-то долгое или, тем более, постоянное… Он ничего не говорил, и я сам не замечал.
Во всяком случае, когда мы уезжали в Россию, его не провожала никакая женщина…
«А тебя, значит, провожала?» – хотела спросить Анжелика, но, разумеется, не спросила.
– Меня провожали двое коллег-историков и приятель-мексиканец – владелец ресторана, – сообщил Олег. – Одна из историков – женщина. Ей недавно исполнилось шестьдесят лет. Она передала мне материалы для стендового сообщения на конференции в Москве.
– Олег, ты же понимаешь, что меня это совершенно не касается, – неубедительно заметила Анжелика.
– Все, что твое – касается меня, все что мое – тебя, – косноязычно и темпераментно заявил Олег и быстро зашагал вдоль ледяной кромки. Его почти седые волосы трепал балтийский ветер. Уже слегка выцветший загар и резкие черты археолога-полевика заставляли оборачиваться праздно гуляющих. Анжелика, ругаясь себе под нос, с трудом поспевала следом.
