) Вам имеет смысл сдаться властям! Если вы не желаете этого делать, то сидите там до посинения вместе с этим вашим крестом! Мы готовы гарантировать вам все, что вы только сумеете придумать в сложившихся обстоятельствах! Но позвольте нам забрать Кая и оказать ему помощь!
Отец Варсонофий стоял на коленях и молился. Амаршан нервно раскрывал и закрывал большой перочинный нож. Света и Лена сидели за валуном рядом друг с другом с потерянными лицами.
Анжелика разобрала рюкзак Олега и достала аптечку и котелок.
– Здесь есть вода? – спросила она у Ольги.
– Река, озеро, ручей, болото, в конце концов?
– Да. Но я не знаю, – Ольга покачала головой. – Мы никуда не отходили.
– Избушку должны были строить недалеко от источника воды, – сама с собой рассудила Анжелика. – Хотя, впрочем, это зимовье, а зимой достаточно снега…
* * *– Придурок, ты меня слышишь? – спросил Алекс.
Кай, скорчившийся на лежанке, не отозвался. Дыхания его тоже не было слышно.
– Ну что ж, тогда прощай что ли, Придурок, – сказал Алекс, заложил входную дверь на еще один засов, достал из-под стола канистру с керосином, отвинтил крышку и принялся не торопясь поливать все подряд вонючей прозрачной жидкостью.
Делая это, он негромко разговаривал не то с умолкнувшим Каем, не то сам с собой. – Гляди-ка, как получилось. Все там собрались… Археолога я узнал, и женщину Анжелику. Девочка твоя вроде тоже здесь. Как-то нашлась, значит. Куда только эти идиоты поющие подевались – неясно. Ну да это теперь тебе и мне все равно. Сдаваться в ментуру мне не по чину и не по годам.
Ты, Придурок, концы не вовремя отдал и сокровища из рук уплыли. Стрелять теперь всех этих девок и теток? Может, оно и вышло бы, да как-то… Как ни крути, как ни думай, но другого выхода у меня никак не получается… Ну и что ж с того? Может быть, и не самым лучшим образом все получилось, но не хуже какого другого. Ведь если рассудить как следует, то что мне на этом тропическом острове делать-то из того, чего я еще в жизни не делал? Нечего, если по правде сказать. Стало быть, все, в общем, и правильно получается… Прощаться мне вроде бы не с кем, наследство тоже некому оставлять.
А с тобой, Придурок, мы, выходит, уже попрощались…
Алекс снял куртку, потрогал приклад «Каштана», по-прежнему висевшего у него на ремне, одной рукой поднял зажженную керосиновую лампу и, несильно размахнувшись, швырнул ее на пол возле запертой двери.
* * *Окружившие избушку люди сообразили, что происходит, когда огонь уже разгорелся, а внутри раздался выстрел.
