«Она – Снежная королева Кая!» – напыщенно подумала молодая женщина и сама поморщилась от этой мысли, как будто бы откусила лимон.
– Да. После того вечера я испугалась, потому что всегда пугаюсь, когда не понимаю. Так было с самого начала, как я себя помню, и поэтому я жила в интернате для нервнобольных, а не в обычном детском доме. Теперь я уже взрослая и какое-то время могу бороться с этим. Потом – больше не могла. Не знала, что делать. Владимир, наверное, мог бы помочь, но мне казалось нечестным к нему обратиться.
Тут я встретила человека, он мне много рассказал и объяснил. Сначала я думала – случайно, но теперь понимаю, что нет. Он сказал, что знает такое место, где мой страх – уйдет, и я могу в это место отправиться, но не должна никому ничего говорить. Я согласилась, потому что у меня больше не было сил, а в больницу, как Аркадий Николаевич, мне совсем не хотелось. Я поехала с ним туда и мой страх действительно прошел.
– Что это был за человек и что это за место? – быстро спросила Антонина.
– Человек был, кажется, монахом, а место – женский монастырь.
– Как интере-есно, – мечтательно сказала Настя.
– Монастырь?! – Антонина подняла брови. – А в чем же соль всей истории?
– Зачем Кай поехал на Белое море? – вместо ответа спросила Ольга.
– За крестом, – ответила Настя.
Ольга, не торопясь, расстегнула пуговицы на блузке. Все, включая Виталика, с интересом наблюдали за происходящим. Отложив блузку и оставшись в одном белом простеньком лифчике, Ольга подняла вверх левую руку.
На внутренней стороне предплечья у нее была татуировка.
– Кто-нибудь из вас видел Кая… без одежды?
– Я видела, – сказала Настя. – У него – точно такой же крест, как у тебя. Только побольше и на груди. А что это значит?
Антонина потрясла головой. Пышные распущенные волосы на мгновение закрыли вспыхнувшее лицо. Она уже понимала, что все сейчас происходящее – важно для нее лично.
– И что же это значит? – повторила она, безуспешно пытаясь увязать концы с концами.
– Монах Варсонофий сказал, что я – сестра Кая, – сказала Ольга, опустила руку и потянулась за блузкой.
– Как же это может быть? – изумленно спросил Виталик.
– Когда я попросила Кая сказать мне что-нибудь ласковое, он вдруг сказал… – Ольгино лицо задрожало, но она опять перемоглась. – он вдруг сказал то, что, наверное, говорила когда-то наша мать… Я не вспомнила напрямую, но мне стало… как-то так…
Некоторое время все присутствующие в комнате молчали.
