И если я чего-то по большому счету не понимаю, так это то, как Ленка могла с ним решиться… Он, конечно, любит и отца и мать, и никак между ними выбрать не может. Демократ с Леночкой его, как я понимаю, настраивают против Ленки, но тут же еще учесть надо, что он сейчас подросток и весь из себя поперечный…
– Я поговорю с Ленкой! – решительно сказала Анжелика. – Но, может быть, там есть что-то такое, чего мы не знаем? Чего-то Леночка тебе не сказала? Может они там поссорились как-то или еще что?
– Зачем ей мне врать? – удивилась Любаша.
– Ведь мы же всегда у Ленки можем узнать. Она как раз на то и напирала, что ничего, ровным счетом ничего не случилось! Просто вот так на ровном месте попрощалась и ушла… Знаешь, Анджа, в чем-то я тут с Леночкой согласна. И обидно мне. Это просто ужас что такое гормоны с бабами делают…
– Ага! – немедленно окрысилась Анжелика. – Вот мы все ровесницы. И с тобой гормоны ничего такого ужасного не сделали. И со мной тоже, хотя живем мы с тобой поодиночке уже черт знает сколько лет.
И с Иркой ничего не сделали, несмотря на то, что Володя ее уже давно от водки импотент. И даже со Светкой, которая от природы сексуальнее, чем мы все, вместе взятые и помноженные на наше общее количество, тоже ничего такого особенного не произошло. А вот с Ленкой – р-р-раз и… крышу снесло! Тебе не кажется, что что-то здесь не сходится?"
"– Да я понимаю, что тут, конечно, что-то и из твоей области, – согласно вздохнула Любаша. – Но все равно ведь дикость, как ни крути, правда? Если ты, психолог, как-нибудь сумеешь разобраться, ты мне потом объясни, ладно? Я же, ты знаешь, никому болтать не стану…
– Если сама пойму, объясню.
Только, знаешь, сдается мне… Ладно! – Анжелика оборвала сама себя. – Давай я тебя хоть чаем, что ли, напою, а то сидим два часа кряду, и маковой росинки во рту не было. Вот что значит – Ирки со Светкой, известных любителей пожрать, с нами нету…
Любаша бледно улыбнулась и едва заметно кивнула.
* * *«Странная группа „Детдом“, сравнительно недавно появившаяся в списках хит-парадов и собственно на сцене, до сих пор умудряется держаться особняком едва ли не от всех направлений современной музыкальной культуры, что поневоле заставляет считать ее саму – новым и самобытным явлением. С одной стороны она вовсе не тяготеет к попсе, аскетична в оформительских проектах, и не имеет в своем активе ни одной песни типа „я пришла, ты ушел…“.
