Наверное, у меня слишком испуганный и обеспокоенный взгляд, потому что Кайрон беспечно смеется.
— Это ничего не значит, — и добавляет твердо, — я не отдам тебя никому!
Да он просто успокоить меня хочет! Хотя прекрасно знаю, что будет биться до последнего. Не смотря на слабость и боль, плохое самочувствие. Да он просто готов умереть с мечом в руке, но не отступить, отдать ради меня последние силы.
Скрипнула дверь и в комнату вошла Гунн.
— А что это вы в потемках сидите? — заворчала с порога. Вгляделась в силуэты возле окна.
— Ваше Величество… извините, я не знала. Пожалуй, пойду.
— Постой, Гунн. Ты встретилась с Фродериком?
— Встретится-то встретилась, но не знает он ничего. Пообещал поискать средство в свитках, что хранятся в библиотеке. Очень расстроился, что не может помочь. А из наград ему лишь и надо — чтобы вы были счастливы.
— Спасибо, Гунн, можешь идти, — отпускаю я служанку. Все мои надежды на Фродерика разбились в дребезги. Если он что-то и найдет, то будет уже слишком поздно.
— Что же нам делать?! Кай, простишь ли ты меня когда-нибудь? Я очень хочу все исправить, но… я так боюсь тебя потерять! Я же умру вместе с тобой!
— Никогда так не говори! — Кайрон встряхнул меня.
Словно тряпичную куклу.
— Вот, что, Ингрид. Я понимаю, что шансов прожить долго и счастливо у меня практически нет. Случилось так, как случилось. Но оставшиеся два боя я обещаю тебе победить. Истинных драконов среди нас нет. Мой слишком слаб, а у Торна и Галлена они не пробудились. А мечом махать я умею, большой силы не надо.
Ты же не хочешь быть с Галленом?
Я отрицательно качаю головой. Утыкаюсь лбом Кайрону в грудь. Это так успокаивает. Он кажется таким надежным, полным сил… если не вглядываться в его нутро.
— Все будет хорошо, Ингрид, — Кайрон положил свою широкую ладонь на мой затылок, — после турнира уже никто не сможет сказать, что наш брак недействителен. Ты станешь полноправной королевой. Я буду рядом, сколько получится… а дальше, когда я… дальше ты сможешь выбрать мужа сама, какой придется по нраву.
Никто больше не сможет посягнуть на твою свободу. Ты будешь сама принимать решения.
Он так спокойно это говорит. Просто невыносимо слушать. Хочется разрыдаться на его груди, но это так эгоистично. Я лишь ценный трофей, за который борются лучшие мужчины, а у Кайрона на кону собственная жизнь. А он про меня думает.
— Я найду средство, мы обязательно будем жить долго и счастливо, — шепчу в его подмышку. Упрямо. Мне и самой хочется в это верить.
— Так и будет.
