Она приняла меня в штат, записала в помощники, и я стал заниматься ремонтом и восстановлением приютской мебели.
Я с трудом скрыл улыбку, понимая, что, скорее всего, «добрая» мать-кастелянша совместно с настоятельницей просто молились на такого работящего воспитанника. Потому что выделенный на новую мебель бюджет проще было перераспределить на другие нужды.
— От приюта я выучился на столяра, а когда пришло время выпуска — кастелянша порекомендовала меня в ученики своему брату, который занимался реставрацией мебели.
Поначалу было тяжело. Долгие годы я кропотливо постигал премудрости работы со старой мебелью, собирал любую информацию о ремесле, создавал себе репутацию. И только недавно мое дело начало приносить настоящую прибыль.
— Потому что ты хороший реставратор, — коротко пояснил куратор.
— Я просто люблю свою работу... Старинная мебель для меня словно памятник, который всегда хранит какую-то историю. И мне нужно уберечь ее. И при необходимости — вернуть вещи первоначальный облик. Мне приходится таскаться по развалам и мелким рынкам, чтобы добыть нужную фурнитуру.
Иногда, когда очень повезет, я покупаю за копейки сломанную мебель у новоселов, которые въезжают в старые дома. Да и приказчики доходных домов охотно продают мне старую мебель, когда приходит срок для замены.
— И как вы узнаете о новосельях? — с интересом спросил я.
— У меня есть глаза и уши на улице, — с готовностью пояснил мужчина. — В основном, мальчишки, из тех, кто разносит газеты или продает воду на площадях для приезжих.
А еще несколько мальчишек клеят отрывные объявления на столбах и досках для информации, какие обычно висят у парадных.
Мне почему-то вспомнилась «уличная агентура» Фомы.
— Так вот, когда кто-то собирается менять мебель, переезжать или вступать в наследство, то я обязательно узнаю об этом в числе первых. Молодое поколение обычно тянется к новомодным дизайнерским интерьерам и старается избавиться от всего старого...
— Но такая мебель обычно дорого стоит, — возразил я.
— Я слышал, иногда даже устраивают аукционы...
— Это если ее продают целым гарнитуром, и в хорошем состоянии, — ответил Пахом. — Но такое обычно редкость. За долгие годы службы от подобных гарнитуров остаются одиночные стулья, кособокие кресла, сломанные диваны, вырванные дверцы шкафов... которые я охотно покупаю!
— Вырванные? — удивился я.
— Старая мебель часто страдает, если хозяин держит в доме животных, — пояснил реставратор. — Или ее могут поломать дети.
