Они смогли ввести меня в сон, чтобы я не вырвалась из дома наружу.
— В кого обернулись? — с любопытством встряла Любовь Федоровна и даже засветилась от восторга, когда заметила, что у повернувшейся Нечаевой изменились глаза.
— Так вот почему ты тоже меня видишь, — восхитилась призрачная дама. — За что меня так балует Искупитель? Того и гляди, в доме сорок котов наберется. Буду счастливой женщиной.
Арина Родионовна потупилась, и я сделал знак рукой, чтобы остановить откровения Виноградовой. Подошел к девушке и положил ладони на ее плечи.
— Я слышал в тот момент какой-то странный звук. Словно в лесу охотится зверь. Задумываться об этом звуке мне было некогда.
— Мне было больно, — тихо сообщила Арина и подняла на меня повлажневшие глаза. — Вы умерли, Павел Филиппович. И я это ощутила. Это ужасно."
"— Мне тоже было страшно, — сказал я негромко. — И я очень постараюсь, чтобы такого больше не повторилось.
— Постарайтесь. Иначе я задам вам знатную трепку. После того, как найду.
— Найдете? — удивился я.
Нечаева подалась ко мне навстречу и приподнялась на носочки. Ее дыхание коснулись моего подбородка, когда она заговорила:
— Я вас найду, в какую бы кассу вы ни направились на том вокзале. И последую за вами.
Если бы не Виноградова, которая буквально стояла за моей спиной, то я бы наклонился и коснулся губ девушки своими. Кажется, Арина Родионовна тоже подумала об этом и отступила на полшага назад. Я невольно качнулся следом и нехотя остановился.
— Так ты шаманка? — все же уточнила Виноградова.
Я с укором посмотрел на болтливого призрака. Но та лишь пожала плечами, не особенно впечатлившись моему возмущению.
— Нет, — ответил я, и призрак кивнула:
— Ладно, не хотите говорить — не надо. Потом все разузнаю. А пока могу рассказать, чем для тебя обернулась та смерть во имя спасения вредной девы.
Нечаева едва заметно хмыкнула, явно довольная тем, что бухгалтеру не понравилась Свиридова.
— Итак, пока ты был простым смертным, хоть и некромантом, то смерть тебя не замечала и не знала, так сказать, «в лицо».
Ты мог спокойно заходить на территорию мертвых и оставался там гостем. А теперь ты помечен печатью смерти. Она тебя видела. И в ее чертогах такой человек уже почти как свой.
— То есть, мне нельзя заходить на вокзал? — уточнил я.
— Можно, — возразила Виноградова. — Кто же может некроманту запретить делать то, что он умеет. Да только теперь тебе придется использовать для этого больше сил. Нужно иметь повод, чтобы вернуться.
