Я сожалею, что ты вырос, не зная своего деда. Ты не знал его лишь потому, что это я так решила, – не ты, не они, а я. Знаю, твой отец потребовал, чтобы ты держался от них подальше, ни в чем не полагался на них. А я прошу тебя, и считай, что я этого требую… Марк, позволить им положиться на тебя. Если ты читаешь это письмо, значит, Джона уже нет в живых. Я попросила Эдварда передать тебе это письмо. Ты уже состоялся в этой жизни, Марк. Ты сам себя сделал, стал достойным человеком, причем – без какой-либо помощи от моей семьи.
Настало время помочь им, и я прошу тебя об этом. Я умоляю тебя не отворачиваться от них. Ради меня. Я знаю, ты поступишь правильно. Долг всегда был важен для тебя. Теперь твой долг – принять титул герцога Колчестера.
Я всегда тебя любила и буду любить.
Марк аккуратно сложил письмо и вдруг понял, что все это время сдерживал дыхание. Только аристократы могли писать душераздирающие письма, которые должны увидеть свет в случае смерти наследника. Для аристократов самое главное – сохранение титула.
Проклятье, что же теперь делать? Марк втайне надеялся, что дед солгал и мама вовсе не помирилась с ним. Тогда все бы стало намного проще. Он мог отвернуться от всех этих людей и не испытывать никаких угрызений совести. Но, к сожалению, ошибки не было. Письмо, которое он прочитал, было написано рукой его горячо любимой матери. Он словно слышал ее голос. Мама умерла от чахотки. Она находилась в здравом уме и твердой памяти. И на смертном одре она просила его помочь ее семье…
Он склонился над столом и уткнулся лицом в ладони.
Будь все проклято! Это письмо все изменило.
Глава 30
Николь в недоумении уставилась на подругу.
– Что? Но откуда ты…
Регина откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди.
– Даже не пытайся это отрицать, Николь. Ведь Джона убили. Я в этом не сомневаюсь.
– Но как ты узнала?
– Значит, я права? – Регина снова подалась вперед. Ее глаза сверкали.
Николь побарабанила пальцами по столу, затем кивнула.
– Да, ты права.
– Я так и знала! – воскликнула Регина.
Николь взглянула на нее, прищурившись.
– А если честно? Как ты узнала?
Регина передернула плечами."
"– Я прочитала о его смерти в газетах. У Джона не могло быть сердечного приступа. Он был абсолютно здоров. Когда же дядя Эдвард попросил нас всех собраться здесь, я поняла: мои подозрения верны. Здесь будет расследование? Приедут сыщики?
Николь осмотрелась – словно желала убедиться, что они в комнате одни.
– Да, здесь будет мистер Оуклиф, – ответила она.
