Живот был почти незаметен в складках платья на фоне неожиданной полноты.
— Я останусь до того самого дня, — решила тогда Анна, намекая на день родов. — Я не могу уехать ранее, она так боится…
— Тогда постарайтесь скрыть ее положение, как только это возможно, Анна! — Вера Александровна не скрывала своей злости. — Ради своего же блага! И ради имени нашей семьи. Ты и так уже натворила вдоволь, так будь же благоразумна ныне. До того дня и ни более!
Но и после родов Анна не уехала из Милорадово. Да и могла ли, когда случилось то, чего они так страшились? Роды начались неожиданно, еще до срока.
Ребенок решил появиться на свет почти за два месяца до срока, что предполагали, и это не могло не вселять ужас в Анну, мечущуюся в гостиной флигеля из угла в угол. Она могла только догадываться о том, что происходит в спальне наверху по крикам и тихим голосам, доносящимся оттуда, по редким и безудержным рыданиям мадам Элизы.
В те дни, помнится, будто небеса разверзлись над землей — плотной стеной шел ливень, размывая дороги окрест, затрудняя видимость на несколько шагов вперед.
Суеверная Пантелеевна без устали крестилась, утверждая, что это, видимо, «хляби небесные разверзлись, топя грешников, как о том в Библии писано», внося сумятицу в и без того растревоженную душу Анны.
Доктор Мантель тогда не отходил от Полин ни на шаг целые сутки, только раз спустился вниз, к перепуганной Анне, сидевшей в летних сумерках, не зажигая свечей.
— Пошлите за отцом Иоанном, — хмуро произнес он, не глядя Анне в лицо, вытирая старательно полотенцем чистые ладони.
— Успеть бы обряд крещения сотворить….
— Дитя…? — спросила тихонько Анна, прислушиваясь к странным мяукающим звукам на втором этаже."
"— Мальчик, — коротко ответил доктор, и Анна чуть улыбнулась сквозь слезы. У Петра родился сын. А потом побежала быстро в спальню к Полин, чтобы взглянуть на того, кто появился на свет.
Он был таким маленьким, ее Сашенька, что глаза казались огромными на его личике. Голубые, разрезом так схожие с глазами брата или ее собственными.
А когда дитя захватило в плен ее палец, которым Анна робко коснулась его маленькой ладошки, в ее душе словно какая-то дверца распахнулась, выпуская на свет нечто огромное и светлое, окутавшее ее облаком. Всю ее любовь к этому маленькому человечку.
Анна стала его крестной матерью, когда отец Иоанн спешно проводил обряд крещения, торопясь завершить тот, чтобы младенчик не ушел безымянным ангелом на небеса.
